Vatican statement

Ватикан заявил, что люди, совершившие трансгендерный переход, смогут проходить обряд крещения в католической церкви, если это не приведет к скандалу или не вызовет «замешательство».

В доктринальном отделе Ватикана также заявили, что трансгендерные люди могут быть крестными родителями при крещении и свидетелями на свадьбе.

Этот шаг – очередная попытка папы Франциска сделать Католическую церковь более доступной для ЛГБТ-сообщества.

Ватикан разъяснил отношение к транс-людям после того, как бразильский епископ Хосе Негри написал письмо руководителям церкви с шестью вопросами, касающимися ЛГБТ и их участия в крещении и бракосочетании.

подробнее
Если ссылка выше не открывается, читайте здесь.

online journalism about religion

Russian Orthodox framing of abortion in online journalism on religion

Caroline HILL, Uppsala Universitet, Sweden

Social Compass 1–20 

© The Author(s) 2023
Article reuse guidelines: sagepub.com/journals-permissions 

https: journals.sagepub.com/home/scp

doi: i1.o0r.g1/107.711/0707/307073677868263213119988783

When making public statements about abortion, those serving in the Russian Orthodox Church are beholden to the legacy of the Soviet health care system and the need to connect with audiences whose religious sentiments are largely nominal. This article explores framing of abortion by clerics and others serving in the Church in 150 Russian online newspaper articles. Said framing was analyzed according to typologies from prior research of morality policy and church-state relations in Russia. The frequency with which these frames were employed was measured and cross-referenced with article genres. The results show that rational-instrumental frames rooted in secular reasoning surpassed religious argumentation and appeals for state intervention, and that frames expressing disillusionment with the Russian government outpaced positive assessments of the state.

including Vatican

В Ватикане начал заседать священный синод, решения которого могут стать революционными для Римской католической церкви.

Собранию предшествовали два года различных опросов паствы: рядовых католиков в разных странах просили поделиться своим видением будущего церкви.

По итогам этих опросов был создан рабочий документ, в который попали такие пункты, как место женщин в церковной иерархии, отношение к ЛГБТ, последствия целибата (обета безбрачия) для священнослужителей, борьба с педофилией, аборты и другие.

Перед началом исторического заседания папа Франциск провел традиционную публичную мессу на площади Святого Петра в Ватикане. Франциск заявил, что церковь нуждается в очищении и должна учиться инклюзивности.

Подробнее: https://bbc.in/46FiGLn

Здесь без VPN.

Russuian Ortho Dox

В РПЦ хотят организовывать беседы с женщинами перед абортом

26 сентября 2023, 17:25 Источник: Neva.Today

Протоиерей Александр Пелин заявил, что в больницах страны необходимо проводить беседы с батюшкой для женщин, которые хотят сделать аборт. Об этом пишет Neva.Today.

По мнению представителя РПЦ, разговор со священником может помочь преодолеть страхи и сделать выбор в пользу беременности.

Однако Пелин также отметил, что есть врачи, которые заинтересованы в проведении абортов, так как за это они получают денежное вознаграждение. А пациентки нередко получают проблемы со здоровьем.

При использовании материала просим указывать источник argumenti.ru

из Невы:

Протоиерей Александр Пелин заявил, что в российских больницах было бы полезно ввести обязательные встречи с батюшкой для женщин, планирующих аборт, сообщает «Петербург эксперт».

По словам представителя РПЦ, такие беседы помогут преодолеть страхи и сделать выбор в пользу сохранения беременности. Он отметил, что Россия сейчас является оплотом борьбы за сохранение детства.

При этом Пелин подчеркнул, что некоторые врачи заинтересованы в проведении абортов, так как это приносит доход. А женщины часто идут на страшную процедуру под давлением, не осознавая рисков для здоровья.

Ранее Neva.Today сообщала о том, что в военном госпитале в Красногорске произошло чудо – явление Богородицы.

Where Easter Monday is a Public Holiday

Easter Monday is a public holiday for many countries around the world. The following chart shows how most of Europe has the day off work, as well as Australia and several countries in Africa. The United States is notably one of the countries that does not enjoy the national holiday, despite the largest religion being Christianity.

In several countries, including Germany, Botswana and Australia, both Easter Friday and Easter Monday are given as a public holiday. The Danes and inhabitants of the Faroe Islands even have Maundy Thursday off, giving them a five day national break. In most Central and Southern American countries, which have large Catholic populations, the days before Easter - Good Friday and sometimes also the Thursday - are a public holiday rather than the Monday. For example, this is the case with Brazil, Mexico, Peru and Argentina, among others.

In the Armenian Apostolic Church, Easter Monday is known as a “Merelots”, which is a Remembrance Day of the Dead. Five Merelots take place a year in Armenia, in each case the day after a significant date of the religious calendar: after Christmas, Easter, the Feast of the Transfiguration, the Assumption of the Holy Virgin Mary and the Feast of the Exaltation of the Holy Cross.

In several countries in northern and central Europe, Easter Monday has its own traditions. For example, according to the U.S. embassy in the Czech Republic, one custom involves boys braiding willow branches and decorating them with colorful ribbons, before using them to "gently switch" their female friends as a symbol of luck and renewal.
по_моему, в Беларуси тоже выходной, до и Украина переходит на новый календарь

THE NAPOLEONIC LIFE

Reign of Napoleon

Initiation

Napoleon Bonaparte is finally in power as First Consul, and France is his to rule. But for how long? In recent times, luck has not favored the rulers of France, be it Louis XVI and the Robespierres, who got beheaded, or the Directory, which was the victim of Napoleon’s coup d’état. So clearly, this is not the time for him to rest easy.

Immediately after coming to power, Napoleon’s government issued a series of decrees in favor of the populace which were widely well received. Some of them were - Giving up Versailles for the recovery of wounded soldiers, repealing of a vicious anti-emigre law and releasing the prisoners, declaring public holidays on the anniversary of the storming of the Bastille and the new year of the republican calendar. Napoleon knew that he had to make his new government’s presence strongly felt. “A newly born government must dazzle and astonish. When it ceases to do that, it fails.”
The Consulate and its evolution

The French Consulate was a period in French history that lasted from 1799 to 1804 under the leadership of Napoleon Bonaparte. During this time, Napoleon established himself as the First Consul of the French Republic and implemented a series of political, economic, and social reforms. The main objective of the consulate was to bring stability and order to the country after the chaos of the French Revolution. Napoleon implemented a new constitution, reformed the legal system, and strengthened the central government. Additionally, he modernized the economy and improved the infrastructure, which helped to revive the French economy. Napoleon also introduced a number of measures to promote education and culture, which helped to raise the general level of literacy and education in France. Overall, the French Consulate was a key period in French history that laid the foundation for the country's future development.

The Conseil d’états and distribution of powers

…

As the main advisory body to the consulate, the Conseil d’états was established. It consisted of mostly apolitical intellectuals selected by the First Consul himself. The conseil would have debates on the most pressing matters of the country, and as long as they were respectful, were encouraged to be as outspoken as they needed to be. These debates would go on for hours, and occasionally were joined by Napoleon himself. It was here that Napoleon’s intellect shined the best, for many issues were complex discussed about which he knew nothing about at the beginning, but through incessant questioning was able to formulate his own thoughts on the matter, and bring together various expert opinions to a conclusion in the interest of the nation over the interest of a section.

The Conseil helped Napoleon draft laws, which would then be sent to the Tribunate, which would discuss the laws and send their opinions to the Legislative body, which could vote on the laws but not discuss them. The consuls, the tribunate, and the legislative body were chosen by the Senate, which had the sole power to amend the constitution. Thus, with such a separation of powers, Napoleon kept the lion’s share for himself while distributing fairly feeble powers among the institutions.

Domestic Policy

Napoleon’s primary objective in the early days of his reign was, in his own words, to put an end to the revolution. To that effect, he sought to reverse the huge amount of migration of aristocrats out of the nation which had drained the country of talent. He appealed to the emigres to return to their homeland, though on the understanding that their property and wealth which had been confiscated during the revolution would not be returned.

His was the only government which had not purged its predecessors, as every government before him had done. Instead, he invited people from the entire political spectrum to work with him and undertake the great challenge that awaits them – unifying and rebuilding the nation.

Attempt to unify the French political class

“The simple title of French citizen is worth far more than that of Royalist, Chouan, Jacobin, Feulliant, or any of those thousand-and-one denominations which have sprung, during these past ten years, from the spirit of Faction, and which are hurling the nation into an abyss from which the time has at last come to rescue it, once and for all.” Napoleon was bent on unifying the French political class, because he understood that “a house divided against itself cannot stand.” This allowed Napoleon to rally all of the French political spectrum to his cause, which further solidified his hold on power and safeguarded him from internal attacks.
Restrictions on free media

Napoleon was well aware of the power of information and control over its distribution, and he was greatly opposed to sharing this power with any potentially bad actors who, in serving their own interest may act against the interest of the nation. He closed a large number (60) of newspapers, saying that he wouldn’t “allow the papers to say or do anything contrary to my interests.” He believed that any newspapers fomenting discontent among the general public and disturbing the peace and tranquility that his government is working to achieve cannot be allowed to exist, especially when the state is going through such an unstable and vulnerable time. While at a glance this sounds almost tyrannical in nature, it has to be understood that at this point France had many enemies both inside and out of its territory. On the outside, the republican nature of the government understandably threatened the very concept of the divine right of monarchs, the concept which had justified for so many years the reign of monarchs across all of Europe.

 

Come back to your home

The French revolution, which was hard on the second state, saw tens of thousands of aristocrats fleeing the country for the sake of their lives and taking refuge abroad. While they may have been an oppressive class, they were the most educated, and the nation absolutely relied on them. Such mass emigration had drained the country of its talents and strength, and if France was to get its old glory back, this had to be reversed. Napoleon attempted to persuade the emigres - aristocrats, property-owners, royalists and priests to return to France, on the understanding that they must not expect to get their properties back. He was largely successful, as many of the emigres returned, and were even given high positions in the government, though some remained indifferent to politics. But one thing was clear, the intolerance, savagery and brutality were now a thing of the past, and a new era had begun, which took from the best parts of the revolution and of the monarchy, to give a new form of government, largely meritocratic in nature.

Foreign Policy. Peace letters to Austria and Britain. Condolences to the Bourbon ruler.

In only his first week as First Consul, Napoleon wrote letters to both Emperor Francis of Austria, and King George III of England, proposing peace. This, in itself, paints quite a clear picture of Napoleon’s intentions regarding war. He understood the huge toll wars take on nations, and did not want any more of them, though, as his battle record undeniably proves, he was quite ready for them at any moment. “I venture to declare that the fate of all civilized nations is concerned in the termination of a war which kindles a conflagration over the whole world,” he wrote in the letter to the English king. The Russians had dropped out of the second coalition after their crushing defeat at the hands of General André Masséna, which led the Austrians to enter into the peace negotiations, which went on for months but ended ultimately without success.

The Church

To further consolidate his hold on power, Napoleon decided to reinstate in the nation the old foundations of religion. The Church, as the second estate, was one of the worst hit by the revolution. During the revolution, the Church saw its power, wealth and assets snatched away, and given to the government, or auctioned off. The Jacobin government saw Christianity as an instrument of oppression of the third estate, and wholly rejected the religion, and instead found a new national religion, called “I don’t remember the name”. But although the Clergy was an oppressive system, the common people of France had not abandoned the religion of their fathers and forefathers. Afterall, it was the Church, and not God who had been oppressing them. Essentially in an effort to appease the common populace, Napoleon reached out to the Pope regarding the matter of reinstating the Church as the official religion of France.

It is important to understand that Napoleon himself was not the least bit religious. The Egyptian campaign was evidence of Napoleon’s pragmatic view of religion, where he spoke in a Quoranian way, and presented himself as the messenger of Allah sent to rid the people of their mamluk oppressors. On another occasion, he had remarked that if he ruled over Jews, he would rebuild the Temple of Solomon. Thus, while Napoleon was not big on religion himself, he perfectly understood how powerful a force it is, and its utility in binding people to a common cause, or even in a smooth running of society. “Society is impossible without inequality, inequality intolerable without a moral code, and a moral code unacceptable without religion”, he observed.

Negotiations were carried out with the Vatican in secret and went on for a whole year, with a total of 1279 documents sent back and forth in the process. Thus, Christianity was once again the formal religion of France. The reinstating of Christianity as the national religion of France was one of the most popular moves by Napoleon - though it was not without heavy opposition, especially from the army - and significantly deepened his support in the country.

 

Make France Safe Again - Crushing the rural brigandage

The rural areas of France had long struggled with lawlessness, but in recent years, the problem had worsened following the revolution. Robberies, murders, and chaos were rampant. Past regimes had attempted to address the issue, but Napoleon took a more decisive approach. He increased the number of local police and raised their salaries. The government was ruthless in their efforts to deal with rural banditry, which included common thieves, royalist rebels, and hardened criminals. Napoleon's approach was to punish criminals severely and infrequently, but in this case, the government punished criminals both severely and frequently. Suspects were deported, and those found guilty were often given the death sentence. The government's crackdown on criminals brought about a significant improvement in the situation, and the nation saw a drastic decrease in countryside crime. When Napoleon came to power, 40% of France was under martial law, but within three years, it was safe to travel through the country again. This greatly added to the government's popularity and stability.

The Civil Code

“My glory is not that I won forty battles and dictated the law to kings… Waterloo wipes out the memory of all my victories… But what will be wiped out by nothing and will live forever is my Civil Code.”

Napoleon’s greatest achievement as emperor was undoubtedly The Civil Code, which is considered a landmark achievement in legal history and is studied to this day. The Civil Code, largely developed by the second consul, Cambaceres, was a comprehensive legal code enacted in 1904 during his rule as Emperor of france. The code was based on the principles of equality and individual rights, and it abolished feudalism and privileges based on birth.

The Napoleonic Code covered a wide range of legal topics, including property rights, contracts, marriage and divorce, and inheritance. It also established the principle of civil equality, which stated that all citizens were equal before the law and had the same rights and duties. The code was influential in the development of legal systems in many other countries, particularly in Europe and Latin America. Many countries such as Spain, Italy, Portugal, Belgium, the Netherlands, and many Latin American countries adopted the Napoleonic Code as the basis of their legal systems, leading to its widespread influence.

The Napoleonic Code was widely admired for its clarity and simplicity, as it provided a clear and concise framework for legal matters. It also abolished the use of feudal privileges, which had been a major source of inequality in the previous legal system. Additionally, the code brought a sense of uniformity and consistency in the legal system, making it easier for citizens to understand and navigate the legal system.

One major criticism about the code is for its strict rules on marriage and divorce which did not adequately protect women’s rights. Women were not considered equal to men and were not allowed to own property, inherit or seek divorce without the consent of their husbands. Napoleon saw a family as the basic unit of a functioning society and wanted to strengthen familial ties. To that end, he gave paterfamilias significant power. For example - they could have their children arrested for disobedience and could even kill their cheating wives without legal repercussions. These laws, however sexist by modern western standards, were Napoleon’s answer for empowering families, and have to be understood in context of the time.

School Reforms

Napoleon made considerable reforms in the education system. Being a scholar himself, he showed serious consideration in designing the education system. He took a conservative approach to primary education, putting it back in the hands of the clergy, presumably to instill uniform moral values in children at a young age. In secondary education however, which started from age eleven, he took a rather revolutionary approach. He passed a law setting up 45 lycees (state secondary schools) which operated quite differently from the incumbent system. These lycees were created with the primary objective of producing future soldiers, diplomats, and scholars who would have the requisite skills to effectively serve the nation. These schools took a more pragmatic approach towards educating their students, and taught Greek, logic, ethics, mathematics and physics among other subjects. The Lyceeswere free from the influence of the Church, in favor of a more free thinking and logical education. Students did not have the freedom to choose their subjects, and followed a mandatory curriculum. Within one decade, the lycees were the best schools in Europe, and some of them are still considered among the best schools in France now.

Napoleon had grand ambitions for the educational reforms, and planned to institute lycees throughout France, though unfortunately his plans were cut short, long before the world could witness the full extent of their effectiveness.

Therefore, Napoleon effectively ended the chaos of the revolution and guided France towards a better future. He united the diverse political and ideological factions that arose during the revolution and encouraged them to collaborate in reconstructing France as a stronger state, based on merit rather than social hierarchy based on birth rights.

Anglican church and same sex marriages

Англиканство и однополые браки:
консервативные церкви отреклись от архиепископа Кентерберийского

Архиепископы нескольких англиканских церквей из разных регионов мира в знак протеста против решения Церкви Англии благословлять однополые пары заявили, что больше не считают архиепископа Кентерберийского лидером всемирного Англиканского сообщества.

В начале февраля Генеральный синод Церкви Англии после двух дней дебатов сделал важный символический шаг навстречу однополым парам: разрешил им приходить в церковь и получать благословение.

"Генеральный Синод Церкви Англии приветствует предложения, согласно которым однополые пары, заключившие гражданский брак или находящиеся в гражданском партнерстве, смогут приходить в церковь для благодарения, посвящения их отношений Богу и получения Божьего благословения", - говорилось в официальном сообщении Синода.

Это еще не признание однополых браков со стороны церкви, а лишь разрешение однополым парам приходить в церковь и получать благословение именно в качестве пары, но и такой шаг возмутил консервативных архиепископов Всемирного южного содружества англиканских церквей.

Заявление об утере архиепископом Кентерберийским Джастином Уэлби статуса морального лидера подписали главы англиканских церквей Южного Судана, Судана, Чили, региона Индийского океана, Конго, Мьянмара, Бангладеш, Уганды, Александрии и Меланезии.

"Церковь Англии выбрала путь разрыва с теми провинциями, которые хранят верность исторической библейской вере [...] мы больше не может признавать архиепископа Кентерберийского первым среди равных лидеров глобального содружества", - говорится в заявлении.

Англиканские церкви мира объединены в Англиканское содружество, но все они автокефальны, самостоятельны и равны, и предстоятель Церкви Англии, архиепископ Кентерберийский, считается лишь символическим лидером содружества.

As under the communists

Як пры камуністах: у касцёле на Гродзеншчыне патрабуюць зафарбаваць фрэску

Фрэску ўжо зафарбоўвалі ў савецкі час, а пасля падзення СССР яе аднавілі і нанова асвяцілі. Карціна адлюстроўвае «Цуд на Вісле», калі польскае войска здолела спыніць наступленне арміі савецкай Расіі. Зараз беларускія прапагандысты ізноў патрабуюць зафарбаваць фрэску, піша сайт katolik.life.

На галоўным дзяржаўным тэлеканале «Беларусь 1» выпусцілі сюжэт, які ганіць настаяцеля рымска-каталіцкай парафіі ў Солах Смаргонскага раёна ксяндза Леанарда Станкоўскага. У сюжэце выкарыстоўвалі словы некаторых прыхаджан, якія далі пробашчу негатыўную характарыстыку, а самога святара прапагандыстка Ксенія Лебедзева запісвала тайком, без дазволу.

Акрамя атакі на пробашча (як заявіла Лебедзева, «копіі матэрыялаў будуць перададзены ў Апостальскую нунцыятуру і Святы Прэстол»), вядучая абурылася фрэскай у касцёле з выявай Варшаўскай бітвы 1920 года. Карціна была напісана неўзабаве пасля гэтай падзеі, якая адыграла вялікую ролю ў гісторыі Еўропы. Тады Польшча змагла спыніць наступленне арміі савецкай Расіі і дабіцца пералому ў ходзе вайны. Гэта адбылося 15 жніўня, ва ўрачыстасць Успення Прасвятой Багародзіцы.

Некаторыя ўдзельнікі бітвы сцвярджалі, што бачылі ўнебе над польскімі акопамі Дзеву Марыю, якая дапамагала абараніцца ад атэістаў-бальшавікоў. Перамога над расійскімі захопнікамі лічыцца цудам, які быў здзейснены праз пасярэдніцтва Божай Маці. Таму фрэска ў гэтым храме не здзіўляе. Намаляваны на карціне і свяшчэннік, які малітвай умацоўвае салдат.

Аднак, на думку работніцы дзяржтэлеканала, карціна «заклікае да распальвання нацыянальнай і рэлігійнай варожасці», а наяўнасць такой фрэскі ў касцёле сведчыць аб тым, што «асобныя служыцелі клапоцяцца не аб выратаванні душы, а аб вяртанні Заходняй Беларусі ў склад Польшчы» (пасля паражэння ў савецка-польскай вайне Масква аддала Варшаве частку заходняй Беларусі і Украіны). На думку Лебедзевай, «Польшчу па-ранейшаму мучаюць фантомныя болі, і яе ўлады сур’ёзна глядзяць на тое, каб захад Беларусі вярнуць у свой склад».

У савецкі час у храме зафарбавалі гэтую фрэску, а пасля падзення СССР, пры рэстаўрацыі алтарнай часткі, карціну аднавілі і нанова асвяцілі. Але зараз, па словах пробашча, якога запісалі на схаванаую камеру, наконт фрэсак «прыязджалі з райвыканкама, сказалі зафарбаваць». Аднак святар «супраць, таму што яны дабраслаўленыя, асвячоныя, таму хто зараз дакранецца да гэтага? Я, напрыклад, баюся».

Апроч фрэскі з «Цудам на Вісле», храм упрыгожаны выявай абароны Яснагорскага манастыра ў 1655 годзе ад шведаў.

ссылка 1, ссылка 2 (по второй и перетереть можна)

The beginning of the church reform of Peter I

Башнин Н.В., Устинова И.А., Шамина И.Н. 

Начало церковной реформы Петра I: историографический аспект

В статье анализируется современное состояние исследования проблемы начального периода церковной реформы Петра I (рубеж XVII–XVIII вв.) в отечественной и зарубежной историографии, дан обзор публикаций переписных книг монастырей и архиерейских домов 1701–1703 гг.

Ключевые слова:

Петр I, церковная реформа, историография, переписные книги.

Bashnin N.V., Ustinova I.A., Shamina I.N. 

The beginning of the church reform of Peter I: the historiographical aspect.

The article analyzes the current state of the study of the problem of the initial period of the church reform of Peter the Great (the turn of the 17th–18th centuries) in domestic and foreign historiography, an overview of the census books of monasteries and episcopal houses of 1701-1703 is given.

Key words: 

Peter I, church reform, historiography, census books.

Преобразования, проведенные царем Петром Алексеевичем, вот уже более трех столетий являются одной из самых обсуждаемых и актуальных тем русской истории. С повестки дня не сходят вопросы о причинах и предпосылках (и цена в человеках тоже) петровских реформ, наличия или отсутствия плана преобразований (их стихийности/структурности), их идейном наполнении и степени европейского влияния (как в широком смысле слова, так и в более узком контексте поездки молодого царя в Европу), обширной палитрой мнений представлен и ответ на вопрос о значении и последствиях реформ Петра I для страны в целом и отдельных сфер общественной жизни в частности.

Одним из самых неоднозначных и длительных реформаторских проектов является преобразование Русской церкви. Этот процесс, начавшись уже в 1690-х гг., с разной степенью интенсивности развивался до конца царствования Петра I и продолжился после его смерти. Если взглянуть на эти изменения со значительной исторической дистанции, то становится очевидным, что петровские преобразования оказались очередным (но отнюдь не первым) витком в развитии церковно-государственных отношений. Так, о «наступлении» государства на церковные и монастырские владения можно говорить уже в XV в., а вXVI–XVII в. тенденция усиления контроля и ограничения церковного землевладения прослеживается вполне отчетливо. В период правления Петра I традиционные меры правительства по контролю за церковными владениями были значительно усилены, а спустя четверть века после смерти Петра I доведены до логического завершения секуляризацией церковных земель в 1764 г. Тем не менее логика действий светской власти, объем конкретных мероприятий и их цели на каждом этапе церковно-государственного взаимодействия нуждаются в самостоятельных исследованиях.

Одной из наименее изученных страниц в этом проблемном поле остается начальный период церковной реформы Петра I, пришедшийся на рубеж XVII–XVIII вв. Степень изученности этого периода в историографии и стала предметом исследования в настоящей статье.

В последние годы история церковных преобразований Петра I исследовалась с разных сторон, осуществлялся поиск новых концептуальных решений для их описания и объяснения. Сегодня одной из наиболее авторитетных концепций при изучении истории Русской церкви XVII–XVIII вв. является теория конфессионализации (die Konfessionalisierung). Она была разработана несколько десятилетий назад в работах европейских ученых В. Райнхарда, Х. Шиллинга, Ф. Горски [Schilling H., 1992; Gorski Ph. S., 2003] наоснове исследования религиозных протестантских и католических обществ Европы Нового времени, а затем стала активно применяться для изучения русской церковной истории [Дмитриев М.В., 2021; Крылов А.О., 2013; Сукина Л.Б., 2014]. Л. Штайндорф и А.И. Алексеев рассмотрели практики общественного дисциплинирования на примере роли русских монастырей и монашества [Штайндорф Л., 2000; Алексеев А.И., 2011].

Весьма востребованным в отечественной литературе стало исследование процесса социального дисциплинирования в XVII–XVIII вв. в отношении русского духовенства [Живов В. М., 2009; Живов В. М., 2012; Белякова Е.В., 2018]. В работах А.С. Лаврова и В.М. Живова концепция конфессионализации была впервые опробована для объяснения церковной реформы Петра I [Лавров А.С., 2000; Живов В.М., 2004, 2009, 2012]. В.М. Живов, показал, как мечта Петра I о регулярном государстве и попытки ее реализации в значительной мере затронули слой высшего духовенства – светская власть начала вмешиваться в нормыцерковного дисциплинирования простых верующих (традиционно начиная со старообрядцев), низшего духовенства и, наконец, представителей высшей духовной власти. Формой влияния на деятельность и поведение последних стали не только церковные указы Петра I, но собственноручное редактирование царем сугубо церковных документов – текстов настольных грамот и архиерейских обещаний, которые все в большей степени становились должностными инструкциями.

История эволюции текста архиерейских обещаний (по существу – публичной присяги архиерея) как наиболее динамичной и подверженной влиянию церковно-политической конъюнктуры части Чина поставления епископа вызывала исследовательский интерес [Русский феодальный архив, 1988, с. 921, 925–927, 932; Живов В.М., 2002, 2009, 2012]. Отдельные варианты текстов Чинов и Хиротонийных обещаний опубликованы [РИБ. 1880, № 52; Петрушевич А.С., 1901; Неселовский А., 1906; Желтов М.С., 2005; АИ, 1842. № 1; Живов В.М., 2004]. Столь же лапидарной и избирательной остается картина изучения настольных грамот русских архиереев. Лишь некоторые из них были опубликованы [Пискарев А.Н., 1854; Троицкий Н., 1882; Попов М.Г., 1890]. В целом, комплекс канонических документов, связанных с поставлением архиерея, требует самостоятельного исследования. В последние годы И.А. Устинова продолжила работу по выявлению, введению в научный оборот и исследованию текстов архиерейских обещаний и настольных грамот русских епископов [Устинова И.А., 2019, 2019а, 2019б, 2019в]. Исследования показали, что на рубеже XVII–XVIII вв. светская власть изменила требования к фигуре русского епископа: был значительно расширен список качеств архиерея, ощутимо обозначилась тенденция дисциплинирования в отношении высшего духовенства, понимания места иерарха «яко некоего уда», функционального элемента в системе церковного управления. Тексты настольных грамот рубежа веков по своему характеру и содержанию отражают церковные реалии начала XVIII в., когда патриаршество было упразднено. Редактирование документов, определявших правовой и идеологический статус епископа в начальный период церковной реформы Петра I, привело к тому, что наих страницах из всесильного и самовластного владыки, деятельность которого понималась весьма расплывчато, в духе церковного предания, русский архиерей начал превращаться в своеобразное должностное лицо, деятельность и обязанности которого зафиксированы весьма подробно в публично-правовом акте.

Еще более ощутимым стало наступление правительства на экономические ресурсы Русской церкви. Различные аспекты церковной реформы Петра I привлекали внимание сначала современников (митрополит Стефан (Яворский), архиепископ Феофан (Прокопович)), а затем историков (Н. М. Карамзин, С.М. Соловьев, В. О. Ключевский). Изменения в жизни церкви изучали в общем контексте эпохи и через взгляд на личность Петра I [Павленко Н.И., 1976; Анисимов Е.В., 1982; Хьюз Л., 2007; Бушкович П., 2008], а также как самостоятельную проблему, имеющую разные аспекты [Макарий (Булгаков), митр., 1996; Чистович И.А., 1868; Верховской П.В., 1912; Карташев А.В., 2009; Смолич И.К., 2004; Cracraft J., 1971; Комиссаренко А.И., 1990, с. 3–10; Цыпин В., прот., 2012; Седов П. В., 2013]. По словам И. М. Покровского, положительно оценивавшего значение церковной реформы для Российского государства, оно «высвободилось из-под опеки церковной иерархии», а «старая русская жизнь... подверглась всецелой ломке». Историк также пришел к выводу, что в результате преобразований «с государственных отправлений» была снята «печать церковности и на многие церковные дела наложена печать гражданственности». Религия же и Церковь, по его мнению, были нужны царю для «внутреннего спокойствия и материального благополучия государства» [Покровский И.М., 1913, т. 2, с. 2].

Накопленные к середине XX в. сведения о церковной реформе Петра I обобщил Б.Г. Слицан. С его точки зрения церковная реформа была вызвана «необходимостью использовать огромные богатства… церкви»,что отразило «светский характер Русского государства первой четверти XVIII в.» [Слицан Б.Г., 1954, с. 372]. Возросшие к началу XVIII в. экономические возможности церкви позволяли ей выступать в качестве оппозиции правительству [Сивков К. В., 1933; Слицан Б.Г., 1954, с. 372–373]. В этой связи «прежде чем подорвать политическое влияние церкви, необходимо было лишить ее экономической базы и этим поставить в зависимость от светской власти» [Слицан Б.Г., 1954, с. 373].

Сегодня существуют несколько подходов в оценке петровской церковной реформы. Весьма распространена точка зрения о том, что Церковь до конца XVII в. оставалась самостоятельной, имело место тождество государства и Церкви, в то время как в ходе петровских преобразований она лишилась своей независимости [Чистович И. А., 1868, с. 59; Верховской П.В., 1912, с. 500–501]. В современной процерковной историографии церковная реформа оценивается отрицательно. По словам В.А. Кучумова, «деятельность Петра I – царя-реформатора – нанесла ущерб не только традиционным формам русского православия… но и, в известной степени, его духовной основе» [Кучумов В.А., 2002, с. 223]. В то же время исследователи не отрицают, что реформа преследовала и высокие цели, однако не привела к желаемым результатам. Упорядочивание «церковных и монастырских дел» сопровождалось «едва ли не более глубоким упадком веры и благочестия, чем было в бестолковом, “бунташном” и “растерянном” семнадцатом столетии» [Лисовой Н.Н., 2002, с. 187]. И.К. Смолич увидел в упадке Церкви возможность возвратиться к аскетической жизни [Смолич И.К., 1917, с. 279].

Дж. Крейкраф назвал действия царя революционными [Cracraft J., 1988, 1997, 2004]. В процессе осуществления церковных преобразований перелом произошел и в отношениях государства и Церкви. А.С. Лавров, напротив, указал, что «переворот в государственно-церковных» отношениях начался с церковных соборов 1666–1667 гг. и закончился лишь после 1740 г. По его мнению, это «один цельный период в русской церковной истории». Ученый также подчеркнул, что идейные истоки петровской церковной реформы не ясны, и для ее характеристики используются нетождественные по содержанию понятия «цезарепапизм», «секуляризация», «протестантизм», «Просвещение». Они подразумевают друг друга, но «ни одно из них не покрывает всю реформу в целом» [Лавров А.С., 2000, с. 341, 344]. Рассел Мартин полагает, что царствование Петра I лишь условно делит единый период в истории России [Russell E. Martin, 2010].

По мнению протоиерея В. Цыпина, в результате преобразований Петра I произошло сращивание функций государства и Церкви [с большой буквы], возникла «государственная Церковь» [Цыпин В. А., прот., 2006, с. 199–200]. Эта позиция противоречит наблюдениям современных светских исследователей. Так, Б.Н. Миронов считает, что Русская церковь после реформы существовала как бы параллельно государственным институтам и обладала существенной автономией [Миронов Б.Н., 2003, с. 102–103].

Отдельные постановления, ограничивавшие имущественные права Церкви, появились еще в середине 1690-х гг. 6 декабря 1696 г. вышел указ Петра I об установлении государственного контроля над деревянным, каменным и келейным строительством в монастырях, в 1697 г. – о нерасходовании денег в епархиях на возведение новых зданий и присылке в Москву денежных и хлебных расходных монастырских книг. Последнее распоряжение получило отражение, в частности, в переписной книге церквей Устюжской епархии 1696/97 г., подробно разобранной М.С. Черкасовой. Исследовательница пришла к выводу, что эта перепись свидетельствовала об усилении государственного контроля над церковью и свое непосредственное продолжение получила в мероприятиях, организованных Монастырским приказом в 1701–1702 гг. [Черкасова М.С., 2021, с. 62–75].

После поражения под Нарвой возникла необходимость в восстановлении артиллерии, для чего последовал петровский указ о снятии церковных колоколов и сдаче колокольной меди, который, к сожалению, не сохранился. П.В. Седов датировал его 22 января 1701 г. При этом автор увидел в указе «не оскорбление веры, а часть напряженных усилий всей страны в тяжелой войне, в которой православная церковь по древнему обычаю жертвовала часть своего имущества на государственные нужды» [Седов П.В., 2014, с. 36].

Указом от 24 января 1701 г. был восстановлен Монастырский приказ. Повторное открытие Монастырскогоприказа в 1701 г. было лишь одной из мер преобразования в церковному управлении. Истории его формирования и преобразования посвящен немалый объем литературы. Система церковного управления патриаршего времени и начала XVIII в. была весьма хорошо изучена в работах Н.Ф. Каптерева, Т.В. Барсова, И.М. Лихницкого. В них содержался подробный обзор возникновения и функционирования органов церковного управления при патриархе (приказы, светские чиновники), а также общецерковных – Освященного собора и церковных соборов [Каптерев Н.Ф., 1874; Барсов Т.В., 1897; Каптерев Н.Ф. 1906; Лихницкий И.М., 1906]. Авторы отмечали серьезное влияние светской власти на функционирование органов высшего церковного управления, усиление бюрократизации и светского компонента в церковном управлении на протяжении XVI–XVII вв. Ослабление этой тенденции в 1660–1680-х гг. не привело к ее прерыванию, что наглядно выразилось в начале церковной реформы Петра I. Висследованиях И.М. Перова и И.М. Покровского были раскрыты вопросы епархиального строительства и властных полномочий русских архиереев в XVII – начале XVIII в. [Перов И.Ф., 1882; Покровский И.М. 1907; Покровский И.М. 1897, 1913] М.И. Горчаков и И.И. Шимко ввели в научный оборот огромный массив делопроизводственных материалов Монастырского приказа и Патриаршего Казенного приказа, восстановили картину их функционирования в широком хронологическом диапазоне, в том числе и в начальный период церковной реформы Петра I [Горчаков М.И., 1868; Горчаков М.И., 1871; Шимко И.И., 1894].

И.А. Булыгин в работе о монастырских крестьянах в первой четверти XVIII в. обратился к начальному этапу церковных преобразований Петра I. Он разобрал этапы реформы и ход подготовки описания архиерейских домов, монастырей и церквей [Булыгин И.А., 1977]. По мнению Булыгина, «в 1701–1705 гг. Петром I была проведена не частичная и временная, а фактически полная секуляризация церковных владений» [Булыгин И.А., 1977, с. 20]. А.И. Комиссаренко подчеркнул, что Булыгину удалось показать «сопряженность всей сферы церковной политики правительства Петра I с наступлением на земельную собственность и богатства церкви». Однако он не согласился с положением о полной секуляризации и отметил, что оно «нуждается в более глубокой аргументации» [Комиссаренко А. И., 1979, с. 189–191].

Диссертация О.Ф. Козлова посвящена церковной реформе Петра I. Основное внимание в работе сосредоточено на реорганизации церковного управления и аппарата, а также изменениях религиозной деятельности церкви [Козлов О.Ф., 1970]. Е.В. Анисимов пришел к выводу, что отсутствие патриарха и введение контроля за земельными и финансовыми богатствами архиерейских кафедр и монастырей позволили Петру I использовать церковные ресурсы для нужд армии и флота [Анисимов Е.В., 1989, с. 330; Анисимов Е.В. 1987, с. 163–172; Анисимов Е.В. 2019, с. 707–712].

Тема церковных преобразований Петра I не раз становилась предметом исследования и в последние десятилетия. Вопрос о правовом положении Церкви в годы преобразований поставила М.Г. Дробина. Исследовательница установила, что церковная реформа Петра I не исчерпывалась реформой высшего церковного управления. Она включала в себя изменение правового статуса монастырей и монашества, приходского духовенства и епископата, а также попытки регламентации религиозной жизни подданных [Дробина М.Г., 2005]. Изучались историография петровских церковных преобразований [Реснянский С.И.,2001; Киенков А.А., 2013], а также проблемы взаимоотношений государства и церкви в рассматриваемый период [Закржевский А. Г., 2000; Бодрин А.В., 2008].

Проблему реализации начального этапа церковной реформы Петра I поставил Н.В. Башнин и на примере Вологодского архиерейского дома рассмотрел ее источниковедческий аспект. По словам исследователя, реализация правительственных мер на местах породила значительное количество документации, среди которой переписные книги 1701–1703 гг. [Башнин Н.В., 2020, с. 119].

Несколько шире – на материалах Устюжско-Тотемской и Вологодско-Белозерской епархий – осуществление петровских замыслов на практике изучила М.С. Черкасова. Она пришла к выводу, что перепись начала XVIII в. являлась «весьма масштабным мероприятием», для которого помимо стольниковиз Монастырского приказа привлекли архиерейских слуг и выборных от крестьян. Последние предоставляли свои «скаски», по которым можно уточнить хронологию описания в епархии [Черкасова М.С., 2021б, С. 81]. Внимание исследователей реформы к Вологодскому уезду не случайно. Здесь хорошо сохранились документы, отражающие изучаемые процессы.

Н.В. Башнин и М.С. Черкасова на материалах северных епархий провели сравнительно-исторический анализ экономических и социальных сторон церковных преобразований Петра I в 1690-х – начале 1700-х гг. Авторы пришли к выводу, что начальный этап церковной реформы был сосредоточен в первую очередь на социально-экономических вопросах [Башнин Н. В., Черкасова М. С. 2021, с. 24–50].

И.Н. Шамина рассмотрела вопрос о реализации первоначальных замыслов Петра I по реформированию Церкви на практике. Используя наказы и ряд других инструкций, полученных переписчиками в Монастырском приказе, исследовательница показала, что церковная реформа оказалась продумана не до конца, не были четко сформулированы ее конкретные задачи. Различия в наказах стольникам и преамбулах к разным переписным книгам свидетельствуют о том, что требования к их составлению продолжали меняться уже в ходе описания. В итоге прикрепить монахов к монастырям также, как служилых людей к их службе или крестьян к владельцам, не получилось. Наиболее последовательно Монастырский приказ занимался имущественными вопросами, в то время как социальная составляющая реформы не являлась приоритетной [Шамина И.Н., 2021, с. 60–73].

В течение XVI–XVIII вв. светская власть совершенствовала инструменты контроля за церковной и монастырской собственностью, постепенно ограничивая хозяйственные привилегии Церкви. Одним из способов отслеживания имущественного положения церквей, монастырей и архиерейских кафедр стало составление описей строений и имущества (отписные, описные, переписные книги). Они представляют собой учетный документ, в который в XVII в. часто включали перепись не только икон, богослужебной утвари, книг и актов, но и сведения о вотчинных владения духовных собственников [Никольский Н.К. 1897;Налетов А.Г. 1977, с. 53–62; Дмитриева З.В. 1998, с. 7; Дмитриева З.В. 2003, с. 78–79; Черкасова М.С. 2005,с. 39, 41; Черкасова М.С. 2011, с. 206–207, 218]. По мнению З.В. Дмитриевой, «борьба государства за монастырское и церковное имущество началась задолго до Стоглавого собора и продолжалась до секуляризации 1764 г.» [Дмитриева З.В. 1998, с. 9].

Первым о существовании переписных книг, составленных по инициативе Монастырского приказа в начале XVIII в., упомянул М.И. Горчаков. Однако он не раскрыл содержание этого источника, указав лишь, что он богат информацией не только необходимой для изучения Монастырского приказа, но и представляет собой «драгоценнейший материал для истории русской жизни конца XVII и начала XVIII веков во всех отношениях» [Горчаков М.И., 1868, с. 137].

И.А. Булыгин использовал 23 сохранившиеся переписные книги с описанием четырех архиерейских домов и 149 монастырей. Он отметил, что, будучи практически единовременной, перепись охватила разные звенья церковной организации в России – архиерейские дома, монастыри, городские соборные исельские приходские церкви. Однако Булыгин заметил, что описание коснулось не всех духовных организаций. По его мнению, перепись положила начало «полной секуляризации церковных владений и имуществ». Исследователь установил сроки проведения переписи – 1701–1705 гг. Однако эта датировка подтверждения пока не получила. Все известные на сегодняшний день переписные книги архиерейских домов и монастырей были составлены в 1701–1703 гг. [Булыгин И.А., 1977].

Е.Н. Швейковская, рассматривая вопрос об обеспеченности крестьянских хозяйств надельной землей в конце XVII – начале XVIII в., остановилась на характеристике переписной книги Вологодского архиерейского дома, отметив, что в ходе переписи начала XVIII в. «учету подлежали вся церковная утварь, одежда, книги, казна, а также акты, на основании которых монастырь или архиепископский дом владел своими землями и деревнями». Переписные книги начала XVIII в. подводят итог состоянию вотчины в конце XVII в. и служат «отправной точкой для XVIII в.» [Бакланова [Швейковская] Е.Н., 1976, с. 52]. Описания церковно-монастырских владений начала XVIII в. изучала Н.В. Соколова. Она проанализировала организационные принципы и практику проведения переписи в Нижегородском уезде[Соколова Н.В., 2008, с. 44–60]. Большое внимание переписи 1701–1703 гг. уделила М.С. Черкасова. Она рассмотрела механизм проведения этого описания в Вологодском уезде и выявила 3 книги в составе фонда Монастырского приказа РГАДА, а также несколько книг в фонде Вологодской духовной консистории Государственного архива Вологодской области. Исследовательница рассмотрела различные социально-экономические вопросы, на которые дает ответ источник. Это численность населения в монастырских вотчинах, численность монастырских слуг и размер их жалованья, формы и размер налогообложения крестьян и др. [Черкасова М.С., 2009].

Материалы переписи 1701–1703 гг. уже неоднократно вводились в научный оборот. Первыми во второй половине XIX в. увидели свет переписные книги монастырей Углича и Угличского уезда [Углич, 1887]. В 2011 г. увидело свет издание, где опубликованы переписные книги вологодских Спасо-Каменного и Спасо-Евфимьева монастырей 1701 и 1702 гг. [Переписные книги вологодских монастырей, 2011]. По Вологодскому уезду изданы также описания Павлова Обнорского, Иннокентиева Комельского, Григориева Пельшемского, Дионисиева Глушицкого, Спасо-Нуромского монастырей, Успенской Семигородней пустыни и др. [Говорова А.Н., 2008; Шамина И.Н., 2009; Шамина И.Н., 2010, 2011, 2017, 2020; Башнин Н.В., 2013].

В 2018–2019 гг. Н.В. Башнин опубликовал комплекс хозяйственных документов Вологодского архиерейского дома 1701–1703 гг. [Хозяйственные книги, 2018; Башнин Н.В., 2019; Описи Вологодского архиерейского дома, 2020] Значительная часть хозяйственного архива Устюжской епархии издана в томах «Русской исторической библиотеки», а недавно введены в научный оборот вновь выявленные документы конца XVII в. [Акты Холмогорской и Устюжской епархий, 1890, 1894, 1908; Черкасова М.С., 2017]

Материалы описания монастырей Вологодского уезда, безусловно, представлены и изучены лучше. Однако вводятся в научный оборот и переписные книги обителей из других регионов государства. Так, опубликованы описания нескольких монастырей Коломенской епархии [Шамина И.Н., 2017; 2018], а также Троицкого Алатырского монастыря [Алатырский Троицкий мужской монастырь, 2015]. Введены в научный оборот и некоторые материалы по истории Новгородского архиерейского дома. Это 163 документа, освещающих его повседневную жизнь и устройство с 1716 по 1758 г. [Новгородский архиерейский дом, 2016].

Большой вклад в изучение материалов переписи 1701–1703 гг. и других документов, связанных с церковными преобразованиями Петра I, внес А.В. Матисон. Он обратился к архиву Тверского архирейского дома и ввел в научный оборот ряд новых источников. Ученый показал, что для изучения архиерейского дома можно использовать документы, происходящие из других учреждений [Матисон А.В.,2020а, 2020б, 2021а, 2021б].

Опубликованы отдельные разделы переписных книг. Так, в исследовании, посвященном библиотекам монастырей и архиерейских домов Урала, приведены фрагменты источников начала XVIII в., содержащие описания книжных собраний Вятского и Тобольского архиерейских домов, а также Хлыновского Успенского Трифонова, Чердынского Иоанно-Богословского, Соликамского Вознесенского и ряда других монастырей и приходских церквей [От Вятки до Тобольска, 1994]. А.В. Матисон издал описание архива Тверского архиерейского дома из переписной книги 1701–1702 гг. [Матисон А.В., 2019].

Описи начала XVIII в. привлекались исследователями для изучения различных сторон повседневной монастырской жизни. Такого рода источники широко использовались для изучения вопросов демографии [Водарский Я.Е., 1975; Водарский Я.Е., 1977] и аграрной истории [Шабанова А.М., 1971; Раскин Д.И., 1971; Кондрашенков А.А., 1972; Чекунова А.Е., 1972; Преображенский А.А., 1972; Прокофьева Л.С., 1973; Горская Н.А. 1977]. В статье «Описи вологодских монастырей как источник по аграрной и демографической истории» ее авторы Н.В. Башнин, М.С. Черкасова и И.Н. Шамина подчеркнули многоплановость источника,а также и пришли к выводу, что эти документы содержат сведения о социокультурной истории монастырей и монашества, крестьянской общины, церковного прихода и других вопросов [Башнин Н.В., Черкасова М.С., Шамина И.Н., 2011].

С.В. Николаева использовала описание Троице-Сергиева монастыря 1701 г. для изучения состава братии крупнейшей духовной корпорации. Причем в данном ключе эта переписная книга была привлечена впервые. Сравнение списков насельников Троице-Сергиева монастыря из описаний 1641 и 1701 гг., а также Ландратской книги 1715 г. позволило исследовательнице сделать некоторые наблюдения о частоте сменяемости братии и возрастном составе монахов [Николаева С.В., 2000]. Е.В. Кустова использовала переписную книгу вятского Куринского Архангельского монастыря 1702 г. для установления состава вкладчиков [Кустова Е.В., 2014].

О.Н. Адаменко, изучив опись Спасо-Каменного монастыря 1702 г., проанализировала вопросы землевладения монастыря, налогообложения монастырских крестьян, организации хозяйства и проч. [Адаменко О.Н., 2008]. В другой своей работе она охарактеризовала крепостную казну монастыря и его архив [Адаменко О.Н., 2008, с. 20–21].

А.М. Салимов, основываясь среди прочего на данных переписной книги тверского Отроча монастыря 1702 г., изучал каменное строительство в обители [Салимов А.М., 2011]. Этой темы частично коснулась и И.Н. Шамина. Она показала, что описи 1701–1703 гг. содержат сведения по истории архитектуры монастырских оград. Для исследования ею были привлечены переписные книги 89 монастырей Москвы, Вологодского, Коломенского, Тульского, Каширского, Угличского, Галичского и других уездов [Шамина И.Н., 2020].

Данные переписных книг начала XVIII в. исследователи использовали для анализа монастырских архивов. Так, М.С. Черкасова широко привлекала их для реконструкции состава архивов вологодских монастырей и церквей XV–XVII вв. [Черкасова М.С., 2021]. И.Н. Шамина изучала архив Троицкого Белопесоцкого монастыря [Шамина И.Н., 2019].

На основании переписных книг начала XVIII в. изучались монастырские и архиерейские библиотеки. А.В. Сиренов реконструировал библиотеку Макарьевского Желтоводского монастыря XVII в., привлекая, в том числе, и данные из переписной книги 1702 г. [Сиренов А.В., 2013]. И.Н. и С.М. Шамиными на основаниипереписной книги 1702 г. изучена библиотека тульского Иоанно-Предтеченского монастыря [Шамин С.М., Шамина И.Н., 2020], а также проведено обобщающее исследование монастырских библиотек Российского государства конца XVII – начала XVIII вв. [Shamin S.M., Shamina I.N., 2020]. А.Н. Красиков показал информативность этого источника для изучения состава монастырских библиотек Русского Севера [Красиков А.Н., 2009].

Менее исследованными на сегодняшний день оказались библиотеки архиерейских кафедр. Исключение составляет, пожалуй, книжное собрание Тобольского митрополичьего дома; в соответствующем исследовании приведены данные о количестве и составе хранившихся в ней рукописных и печатных книг, а также о судьбе некоторых из них [От Вятки до Тобольска, 1994, с. 89–94]. И.Н. Шамина и М.И. Давыдов на материалах переписных книг 1701 г. провели сравнительную характеристику библиотек Коломенского и Суздальского архиерейских домов [Давыдов М.И., Шамина И.Н., 2021].

Неоднократно исследователи, широко используя данные переписных книг 1701–1703 гг., обращались к изучению населения архиерейских домов. Так, сведения из документов XVII – начала XVIII в. позволили И.А. Никулину проследить эволюцию штатов и жалованья служащих Тобольского архиерейского дома [Никулин И.А., 2021]. А.В. Матисон показал, что в исторической литературе господствует точка зрения о том, что «в начале XVIII в. произошло окончательное снижение значения архиерейских детей боярских, а по мнению некоторых историков — даже юридическое прекращение их существования: часть из них отчислили от архиерейских домов, главным образом в военную службу, других записали в подушный оклад и только некоторые остались служителями при епархиальных архиереях». По мнению исследователя, документы позволяют говорить о разделении архиерейских детей боярских на «домовых», «поместных» и «оброчных». В переписной книге Тверского архиерейского дома 1702 г. сначала перечислены именно «домовые» дети боярские, состоявшие при архиерейском доме. Значительная часть из них получала денежное и хлебное жалованье из архиерейской казны. В целом же в XVII – начале XVIII в. «поместные» и «оброчные» дети боярские относились к разным категориям архиерейских служителей [Матисон А.В., 2021, с. 29, 31, 32].

Изучались и иные аспекты, отраженные в переписных книгах 1701–1703 гг. В частности, состав монастырских кладовых [Шамина И.Н., 2016]. Морскую инфраструктуру Соловецкого монастыря по переписной книге 1705 г. изучала А.А. Богомазова [Богомазова А.А., 2015].

Таким образом, несмотря на то что ученые многократно обращались к теме церковной реформы Петра I, до сих пор в исторической литературе не до конца исследована предыстория и хронология этого масштабного преобразования. Не разработаны региональные аспекты и особенности реформы: непосредственный механизм проведения преобразований на местах, взаимодействие центральных и местных институтов власти – гражданских, церковных, земских (общинного самоуправления). Это связанос том [мелкие неполадки общего впечатления не портят, только усиливают], что еще не до конца решены задачи выявления источников по истории русских архиерейских домов в начале церковной реформы Петра I.

дальше список литературы и авторы с мылами

sex shop

В РПЦ предложили запретить секс-шопы

Представитель РПЦ митрополит Илларион предложил запретить интим-магазины

Глава синодального Отдела внешних церковных связей Русской православной церкви митрополит Иларион предложил запретить секс-шопы. Его слова из эфира телеканала «Россия 24» приводит «Интерфакс».

Он назвал магазины интимных товаров «узаконенным развратом». «Позиция церкви по всем этим вопросам является очень ясной и очень однозначной. Мы выступаем против половой распущенности, мы выступаем против разврата в любых его формах», — отметил Иларион.

При этом он признал, что РПЦ не может заставить власти закрыть такие магазины, регулировать вывески и рекламу, и что церковь обычно не спрашивают, когда принимают решения об открытии секс-шопов. Через такие заявления, отметил митрополит, церковь лишь обращается напрямую к своим прихожанам и говорит им о том, что позволительно, а что нет.

В сентябре прошлого года РПЦ запретила священникам освящать секс-шопы, ночные клубы и больницы, где делают аборты. Отмечалось, что церковь освящает помещения и вещи, однако они должны использоваться «во благо», а не быть связаны с грехом.

Christian Orthodoxy in Modern Russia

Комментарий Наталии Зоркой о роли православия в современной России

Динамику причисления себя к православному вероисповеданию в российском обществе можно разделить примерно на три периода. Первый значительный рост их числа приходится на конец 1980-хгг. – середину 1990-х. По нашим замерам в 1989 г. их было 18% всех опрошенных, а к середине 1990-х гг. таких уже было около половины. В годы перестройки и начала реформ 1990-х гг. важным в содержательном плане фактором этого роста было возвращение в жизнь страны свободы вероисповедания. восстановление роли Церкви как социального института, а также, что важно, возвращением в общественную жизнь идеи социального служения и милосердия. Помощь со стороны религиозных общин и организаций бедным, сиротам, инвалидам, наркозависимым оживляется, причем происходит это в какой-то мере под влиянием западных экуменических движений, а участниками таких инициатив являются более образованные и активные граждане. Со временем эти инициативы и подобного рода деятельность наталкивается не только на сопротивление распадающихся советских властных институтов, с которыми активисты вынуждены взаимодействовать, но и на сопротивление укрепляющейся РПЦ, стремящейся подчинить своему все более авторитарному и традиционалистскому контролю жизнь прихожан.

Относительная свобода характерна в этот период и для собственно религиозной жизни внутри самой Церкви, выходят на свет религиозные течения, сложившиеся среди прочего в 1960-е-1970е годы, среди неофитов, обновленцев и т.п., прежде всего в образованной среде растет популярность и число активных последователей таких, например, священников, как Александр Мень, Георгий Кочетков, Дмитрий Борисов и др., представляющих разные течения. Мы примерно выделяем здесь несколько религиозных сообществ, существующих и поныне, чтобы зафиксировать появление или оживление в 1990-е гг. потенциально модернизационной среды, которая могла бы стать залогом обновления Церкви, а также общественной жизни, привнести в нее ценности общественного служения. Однако по мере восстановления архаичного института Церкви подобные движения и сообщества все больше загонялись в свои прежние или новые ниши, оставаясь скорее групповыми явлениями, не имеющими значительного влияния на процессы обновления Церкви и общества.

Второй период значительного роста православной идентификации начинается еще в времена Ельцина, когда в поисках источников символического авторитета власть начинает заигрывать с Церковью, что положило начало восстановления так называемая «симфонии» государства и Церкви. Именно тогда появляется фигура «начальник со свечечкой», ставшая во времена путинского правления, особенно в первую его половину, частью обыденной картины жизни Церкви и ее общественной репрезентации, «обеспечивающий» российское общество древними «духовными скрепами». Тогда происходит третья фаза роста православной идентификации, когда доля православных в российском обществе достигает своего максимума за весь период наблюдений и далее колеблется в пределах 70%. В этот период доля крещенных в православной церкви начинает превышать долю идентифицирующих себя как православных и достигает 80%, что почти равно доле русского населения в стране.

Но анализ динамики собственно религиозных установок, распространенности канонических для православия религиозных практик — частота причастия, исповеди, участия в литургии, соблюдение постов, распространенности венчания и других приобщений к таинствам Церкви – показывает, что в среднем их доля колеблется в пределах 10-12%, причем наиболее «массовым» показателем выступает только регулярное посещение церкви (хотя бы раз в месяц и чаще). Показатель этот остается на том же уровне на протяжение всех лет наших наблюдений. Иными словами, более или менее интенсивная религиозная жизнь присуща лишь небольшому меньшинству, а то, что оно почти не меняется в своих объемах говорит нам о том, что сами православные традиции, уничтоженные в советское время, не восстанавливаются и их насаждение РПЦ, нараставшее с годами, не возымело успеха в сколько-нибудь значимом смысле, если иметь в виду укоренение религиозных ценностей или развитие приходской жизни.

Причисление себя к православным стало существенной частью национальной идентичности, при том, что политическая нация в постсоветский период так и не сформировалась, а в воспроизведении коллективной идентичности сохраняют свою функциональную роль имперские и советский комплексы и консервация социальных и культурных процессов. И Церковь в своей публичной деятельности, устами своих утвердившихся иерархов ставит во главу угла не сложный мир современного человека и его индивидуальными поисками смысла жизни, в том числе – социальной, а упрощенный образ покорного человека, соблюдающего религиозные правила воцерковленной жизни и не претендующего на более глубокое понимание религиозной жизни и роли Церкви в современном мире.

basic measure

Патриарх Кирилл: отказ женщин от деторождения станет концом человека разумного как вида

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл на Рождественском богослужении в храме Христа Спасителя в Москве

Читать ria.ru

МОСКВА, 7 янв - РИА Новости. Отказ женщин от рождения детей станет концом человека разумного как вида, считает патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

"Если подобное [отказ женщин от деторождения - ред.] когда-нибудь произойдет, то это будет означать конец человека как человека разумного, это будет означать, в каком-то смысле, конец человеческой цивилизации, потому что тем самым через человека совершится дьявольское покушение на Божественную власть. Думаю, это несовместимо с силой Божией и с Божиим замыслом о человеке; и если такое произойдет, то это будет означать продвижение к концу человеческой истории. Да сохранит нас Господь от приближения этой страшной перспективы", - сказал патриарх Кирилл в рождественском интервью телеканалу "Россия 1", отвечая на вопрос об отношении к исследованиям по созданию "искусственной утробы".

Отказ от рождения детей приведет к тому, что человеческая личность потеряет свое основное измерение, добавил он.

30 ноября 2021 Этим детям запретил рождаться суд: репродуктивная революция хочет жертв

church in corruption

Прозрачность церковного кошелька

Заявление настоятеля храма блаженной Ксении Петербургской в Новочебоксарске отца Романа (Степанова) о коррупции в Русской православной церкви (РПЦ) и призыв к церковному начальству опубликовать декларации о доходах вызвали дискуссию среди священнослужителей.

Запрещенный в служении протодиакон Андрей Кураев и протоиерей Русской православной церкви Андрей Ткачев в беседе с Telegram-каналом «Радиоточка НСН» высказали на этот счет противоположные мнения.

Андрей Кураев поддержал Степанова, напомнив, что ранее Роман был единственным из тех, кто «мужественно, не скрывая своего лица», рассказал о «гомосексуальных интересах руководства Казанской семинарии». Тогда Степанов публично признался, что в пятилетнем возрасте подвергся сексуальному насилию. Кураев отметил, что сейчас, говоря о коррупции в РПЦ, он снова оказался одним из тех, у кого «забрало не запотело».

«Совершенно понятно, что есть некая организация, у которой есть в ходу масса наличных денег. В которой нет ни малейшей внешней финансовой отчетности перед государством и перед своими членами. Никаких, что называется, отчетных собраний акционеров. При этом есть культивация культуры лести, комплиментов, подхалимства, закрытых интриг. Там никогда никому не объясняют мотивы принимаемых решений. Естественно, что это мир коррупции. К гадалке не ходи», - отметил протодиакон.

При этом Кураев уверен, что РПЦ пойдет на то, чтобы раскрыть данные о доходах священнослужителей, только если ее заставят.

«По доброй воле - никогда. Но в современном западном обществе научились принуждать элиты к соблюдению некоторых правил приличия. Так же и здесь. Почему же церковь так гордится своей невероятной социальной отсталостью? В обществе давно есть запрос над теми деньгами, которые крутятся в религиозной сфере. Государство предпочитает этого не видеть из-за своих политических сиюминутных интересов. Как только государственная политика изменится, то у церкви станет другое отношение к деньгам. Ничего плохого в этом нет. Епископ и патриарх должны бежать к журналистам, выворачивая карманы наизнанку и говорить: «Смотрите, ко мне ничего не прилипло. Я чист и гол». А то получится так же, как с патриархом Алексием Вторым, наследница которого только через 8 лет вспомнила о «заначке» в 300 миллионов в одном из банков. Представляете, сколько таких заначек могло быть», - возмутился Кураев.

Ранее отец Роман (Степанов), выступая на YouTube-канале «pope Roman», заявил, что благодаря публикации деклараций о доходов РПЦ сможет вернуть доверие людей и победить коррупцию.

«Такая проблема есть, несомненно, и все мы об этом знаем. Нам пора перестать быть закрытой организацией, в которой затемняется, замалчивается и забалтывается беззаконие, использование своего служебного и духовного авторитета в качестве повода для того, чтобы наживиться в материальном плане», - заявил 31-летний священнослужитель

В свою очередь протоиерей Андрей Ткачев заявил «Радиоточке НСН», что за годы своего служения церкви не сталкивался с проявлениями коррупции.

«Что вы имеете в виду под коррупцией? Мы говорим о вопросе, который мне, честно говоря, совсем не понятен. Вот я, например, за 28 лет священства никому никогда никаких денег не давал. Я не знаю, что такое коррупция в церкви, потому что я никому никогда не давал денег. И никогда лично я не сталкивался с фактами коррупции», - заявил Ткачев.

По его словам, заявление о коррупции в православной церкви Степанов мог сделать на эмоциях ввиду своего молодого возраста.

«Я не думаю, что человек возрастом в 31 год может что-то понимать глубоко в состоянии мира в целом и Русской православной церкви в частности. Я думаю, что это эмоциональное заявление. Я помню себя в 31 год, это было 20 лет назад. Много шума из ничего. Много крови кипит в жилах. Вопрос же не в том, чтобы ругаться или какие-то проекты выдвигать. У нас декларация о доходах существует как обязательная норма для политиков. Что, политики от этого стали честнее? Декларации о доходах ничего не решают. Потому что, во-первых, бумага все стерпит, во-вторых, нет таких законов, которые нельзя было бы обойти», - рассказал протоиерей.

При этом Ткачев затруднился выдвинуть версию о мотивах высказывания Степанова.

«Я не знаю, зачем это ему надо, этому молодому батюшке. То ли его сильно допекло, но я не думаю, что его могло сильно допечь за шесть лет пребывания в сане. Надо было думать до принятия сана. Если хочешь чего-то другого, иди в другую сторону. Если хочешь служить, служи. У нас, на самом деле, недобор священников, не хватает пастырей настоящих, которые бы отдавали душу народу и Богу. И Христос об этом говорил: «Жатвы много, делателей мало». Все остальное от лукавого. Народ наш нуждается в большом количестве неутомимых серьезных пастырей», - заключил Ткачев.

В интервью радиостанции «Говорит Москва» отец Роман заявил, что решился на заявления о коррупции в РПЦ, так как его «терпению пришел конец». По словам священника, люди часто спрашивали его «по поводу имущества патриарха, имущества епископов, настоятелей, дорогих автомобилей».

«Я все это время пытался это оправдывать. Занимался апологией их имущества. Моему терпению просто пришел конец», — заявил Степанов.

Московская патриархия пока не прокомментировала высказывания Степанова.

​***

Указ № 46/376 от 6 сентября 2021 г. иерею Роману Григорьевичу Степанову

Со скорбью констатирую, что многократные увещания и попытки оказать Вам духовную помощь, в которой Вы, вследствие допущенных Вами тяжёлых нравственных падений, безусловно, нуждаетесь, были отвергнуты Вами. Спасительному пути покаяния Вы предпочли избрать стремление к публичной популярности, променяв бесценный дар священства на пересилившие все прочие немощи тщеславие и гордыню.

В своих выступлениях Вы неоднократно призывали к восстановлению справедливости в отношении разных категорий людей, пострадавших от чужих греховных зависимостей. В связи с этим представляется, что справедливым будет начать с тех, кто пострадал от Ваших личных проступков, как непосредственно, так и через причиненный соблазн знающим Вас как священнослужителя. Тяжелая обстановка в Вашей собственной семье, созданная Вами, в результате чего законная супруга была вынуждена бежать от Вас, длительный период употребления тяжелых наркотических препаратов, блудное сожительство с другой женщиной – с болью вынужден говорить об этом здесь, так как Вы, не стесняясь, уже огласили свои падения всему свету. Все вышеперечисленное несовместимо со священнослужением и в соответствии с канонами Церкви влечет за собой извержение виновного из сана.

Воспользовавшись моим сердечным расположением к Вашей жизненной ситуации, Вы при моем вступлении в управление Чебоксарской епархией утаили большую часть подробностей своей биографии, сообщив лишь об успешном преодолении наркотической зависимости и заверив меня, что имеете горячее желание вернуться в число штатных клириков епархии из заштатного состояния с целью оказать пастырскую помощь страждущим от аналогичного недуга. Вместе с тем прошедшее с того момента время, а также без особого смущения с Вашей стороны сделанные в одной из наших последних бесед заявления показали, что истинная причина осуществляемой Вами общественной деятельности заключается в желании сформировать «клиентскую базу пострадавших» для дальнейшей правозащитной практики, а также увеличения числа подписчиков в социальных сетях с целью последующей монетизации своей публичной деятельности. 

Данное обстоятельство позволяет сделать вывод о том, что возвращение к священству Вы использовали для повышения своего статуса в глазах потенциальных «клиентов».

В связи с изложенным, настоящим Указом в качестве предсудебной меры Вы с 6 сентября 2021 года в соответствии с 25, 27 и 39 правилами святых Апостолов, а также за публичную деятельность, вносящую соблазн в жизнь Церкви, запрещаетесь в служении без права совершения каких-либо священнодействий, преподания благословения, ношения рясы и иных священнических одежд, наперсного креста на срок до рассмотрения Вашего дела церковным судом, который должен состояться не позднее декабря этого года.

На указанный период запрещения Вы назначаетесь псаломщиком в Свято-Троицкий мужской монастырь г. Чебоксары и направляетесь под духовное руководство к наместнику монастыря архимандриту Василию (Паскье) с настоятельным пожеланием для Вас участвовать в Таинствах Исповеди и Причащения не реже 1 раза в неделю. Решение суда по Вашему делу поможет определить для Вас необходимые меры духовной реабилитации. В случае Вашего отказа исполнить требования, оговоренные в этом Указе, рассмотрение вопроса о лишении Вас священного сана, в целях ограждения паствы от вносимого Вами смущения и соблазна, будет скорым и неизбежным.

Управляющий Чебоксарско-Чувашской епархией
САВВАТИЙ митрополит Чебоксарский и Чувашский 

(Официальный сайт Чувашской митрополии).

Sexless marriage

Субинтродукты и синисакты: христианский брак без секса

Примерно с III века в Церкви появилось необычное явление, сразу ставшее очень популярным: так называемый духовный брак с «субинтродуктами».

Слово «субинтродукты» – производное от латинского virgae subintroductae – означает «сводные девы», по-гречески «синисакты». На Востоке их обычно называли духовными женами и «возлюбленными сестрами», а на Западе – конкубинатами. По сути речь шла о сожительницах клириков, которые из-за обета безбрачия не могли иметь законных жен, но предпочитали находиться в женском обществе.

Начало этой инициативе положили несколько подвижников, которые практиковали необычный аскетизм: жили в одном доме вместе с девами, посвятившими себя Христу. Предполагалось, что отшельники разного пола просто объединяют свои усилия, чтобы вместе вести праведную жизнь и служить Господу. Этот пример оказался настолько заразительным, что скоро с девами стали сожительствовать не только аскеты, но и духовные лица: епископы, священники, диаконы. У некоторых диаконов их было по 4-5, что не мешало им становиться впоследствии епископами.

Церковь с самого начала отнеслась к этой практике крайне неодобрительно. Иоанн Златоуст прямо называл ее растлением под видом подвижничества. Григорий Богослов, Григорий Нисский и Киприан Карфагенский обличали сожительствовавших с женщинами клириков, советуя им лучше жениться, раз уж они не могут хранить целомудрие.

Тем не менее, синисактизм широко распространился как на Востоке, так и на Западе. Для оправдания сожительства приводились самые разные причины. Например, дева осталась сиротой – значит, кто-то должен о ней заботиться. Если она богата, мужчина помогает ей распоряжаться имуществом, если бедна – она ведет его хозяйство, готовит, шьет, накрывает на стол, омывает ноги. Мужчины называли другие причины: они помогают слабым женщинам, заботятся о них, а сами получают «духовное утешение».

В сожительстве с субинтродуктами имелись все признаки брака, кроме плотской связи. Фактически, это была попытка создать новый христианский брак без секса. Предполагалось, что «супругов» в таком союзе связывают чисто платонические отношения. Что дурного в том, если мужчины и женщины живут под одной крышей, соблюдая целомудрие и не имея дурных мыслей?

На самом деле подобные связи создавали большой соблазн при полном отсутствии контроля. Подозрительно было уже то, что в подруги выбирали только молодых и красивых женщин. «Семейные пары» относились друг к другу с большой нежностью, ревновали, привязывались так, что наотрез отказывались расставаться, несмотря ни на какие пересуды и запреты. Когда епископу Леонтию Антиохийскому запретили жить с Евстолией, тот предпочел оскопить себя, но оставить ее в своем доме.

Духовные жены и мужья часто жили в одной комнате или приходили друг к другу по ночам («но не для всенощных бдений», замечал Златоуст), вместе нежились в постели, целовались, обнимались. Тем не менее, девы возмущались, когда кто-то начинал подозревать их в разврате: они заявляли, что остаются девственницами и готовы подвергнуться осмотру акушерок. Некоторые каждый день вызывали к себе повивальных бабок, чтобы те свидетельствовали их непорочность.

Киприан возражал, что такие свидетельства еще ничего не значат: дева может оставаться девственной телом, но не душой, и не всякий разврат оставляет телесные следы. Епифаний Кипрский прозрачно намекал, что «духовные мужья» прибегают к онанизму, чтобы их подруги не забеременели. Тем не менее, как писал Тетулллиан (видимо, р пропущена, — это тот, который верил патамушта абсурд), иногда их выдавал доносившийся из дома детский плач.

it is a health ministry, baby

Филиппов О. С.

Письмо Министерства здравоохранения РФ от 17 июля 2017 г. N 15-4/10/2-4792 О направлении методического письма 

"Психологическое консультирование женщин, планирующих искусственное прерывание беременности"

ссылка на ГАРАНТ.РУ ( 54 стр непростого чтения)

Методическое письмо "Психологическое консультирование женщин, планирующих искусственное прерывание беременности" подготовлено редакционной коллегией Всероссийской программы "Святость материнства" Фонда Андрея Первозванного и Департаментом медицинской помощи детям и службы родовспоможения на основе методического письма Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 13.10.2010 N 15-0/10/2-9162 "Психологическое доабортное консультирование" под руководством Якуниной Н.В., члена Координационного совета при Президенте РФ по реализации Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы, председателя Попечительского совета Всероссийской программы "Святость материнства" и Филиппова О.С., заслуженного врача Российской Федерации, д.м.н., профессора, заместителя директора Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения.

Члены редакционной коллегии:

1. Виллер В.А., врач-психотерапевт клинической больницы N 50 (г. Саров);
2. Гончарук Ю.Н., директор Сургутского РБФ "Жизнь - священный дар";
3. Голованова Т.Г., главный специалист управления реализации Всероссийской программы "Святость материнства";
4. Ицкович М.М., к.псих.н., доцент кафедры психологии и педагогики ФГБОУ ВО "Уральский государственный медицинский университет" Минздрава России;
5. Карпенко А.А., медицинский психолог БУЗ ВО ВОКБ N 1 Перинатального Центра, главный внештатный психолог Департамента здравоохранения Воронежской области;
6. Лаврова Н.Ю., начальник управления реализации Всероссийской программы "Святость материнства";
7. Масленникова Г.А., эксперт Европейского Института Семейного Образования (European Institute for Family Life Education IЕЕF/EIFLE) и руководитель проекта "Экологическое супружество", семейный психолог;
8. Понкин И.В., д.ю.н., профессор кафедры государственного и муниципального управления факультета Института государственной службы и управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации;
9. Силуянова И.В., заведующая кафедрой биомедицинской этики ФГБОУ ВО "Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова" Министерства здравоохранения России;
10. Филиппов О.С., заслуженный врач Российской Федерации, д.м.н., профессор, заместитель директора Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения [Минздрава РФ];
11. Шабалина Е.Ю., психолог, консультант по проблеме абортов Центра защиты материнства "Покров";
12. Язева Е.В., председатель Ивановской областной общественной организации "Общественный комитет защиты детства, семьи и нравственности "Колыбель".

Приложение к этому письму, касающееся единственного типа контрацепции, применение которого санкционировано Минздравом, - Естественное планирование семьи (ЕПС) или Методы распознавания плодности (МРП) (?). То есть наш Минздрав вслед за Ватиканом одобрил календарные методы.

из письма:

• Эффективность МРП в предотвращении беременности (по данным ВОЗ) составляет 98-99%.
• Применяя в своей практике МРП, врачи смогут внести свой вклад в решение проблем народосбережения и приостановить производство абортов, использование абортивной контрацепции и сопутствующую этому духовно-нравственную деградацию народов России.
• Процент разводов для супругов, использующих ЕПС, составляет 0-3%. 10 лет назад аналогичные статистические исследования давали 1% разводов для пар, использующих ЕПС. Очевидно, что использование ЕПС служит укреплению семьи.
• Мужчины, живущие в ритме плодности своей жены, в среднем живут на 10 лет дольше, у них практически не бывает инфарктов и инсультов.
• Использовать МРП могут женщины с нерегулярными циклами, с циклами разной продолжительности.
• Этими методами, благодаря их простоте, могут пользоваться женщины, живущие в разных условиях, а также незрячие и те, кто не умеет писать и читать.
• Семьи, в которых супруги живут в согласии с законами природы, характеризуются большей стабильностью и семейной гармонией, чем обычные семьи. Результаты исследований в разных странах (Австрия, США) показывают, что в супружеских отношениях МРП укрепляют супружеские узы, а разводы случаются в единичных случаях.

religious nuptiality

Муфтии и мусульманские организации России
по-разному относятся к межконфессиональным бракам

Мусульманам России велели жениться только на мусульманках. Это вызвало бурные споры

Совет улемов Духовного управления мусульман России (ДУМ) опубликовал богословское заключение (фетву), в котором браки мусульман с женщинами, исповедующими другие религии, названы недопустимыми. Согласно документу, такие союзы возможны лишь в исключительных случаях по решению муфтия.

Под запрет подпадают в том числе браки с так называемыми "представительницами людей Писания" (христианками или иудейками).

В заключении отмечается, что в большинстве межконфессиональных браков возникают сложности с воспитанием детей в духе исламского вероучения или с привитием им исламского мировоззрения.

“Ведь в основном именно супруга, хранительница домашнего очага, мать и воспитательница детей, оказывает решающее влияние на свое чадо, прививая ему свои принципы и взгляды. Да, быть может, ребенок именем и внешностью будет походить на отца, но сутью и действиями - скорее на мать. Будущие поколения таковых вряд ли станут приверженцами религии своих отцов, что и приводит к исчезновению, вымиранию мусульманских корней”, - отмечает совет улемов ДУМ.

Как отмечается в богословском заключении, именно схожесть супругов в вопросах религии и духовности “является наиважнейшим условием их совместной счастливой жизни”.

Согласно выводам совета улемов, девушка имеет право выйти замуж за мусульманина, только если она “признает существование Одного Единого Бога, принимает Иисуса и Мухаммада, как Божьих посланников и выражает готовность следовать предписаниям Священного Корана”.

Тем не менее межконфессиональные браки все же возможны в “определенных единичных случаях”, каждый из которых должен рассмотреть местный муфтий, отмечается в документе.

О каких именно исключительных случаях идет речь, совет улемов не уточняет.

Позднее во вторник глава пресс-службы ДУМ Диляра Ахметова пояснила ТАСС, что фетва о недопустимости межконфессиональных браков на территории России была принята еще в 2019 году.

"Сама фетва принята, чтобы подчеркнуть, что в современных условиях именно Российской Федерации мы это не поощряем и не одобряем. Если вы поедете в Сирию, Египет и так далее, - там среди мужчин-мусульман это не такое массовое явление, но и не какая-то редкость музейная", - сказала она.

Критика и солидарность

Другая мусульманская организация - Духовное собрание мусульман России (ДСМР) – с выводами ДУМ не согласилась.

"Мы с уважением относимся к заключению наших братьев в совете улемов ДУМ РФ, но больше, чем сказано в Коране, добавить не можем. Всевышний разрешает браки с людьми Писания", - сказал агентству РИА Новости глава организации, муфтий Альбир Крганов.

При этом в ДСМР уточняют, что исламское право исключает брак женщины-мусульманки с мужчиной-немусульманином, поскольку "мужчина – главенствующий в семье, отвечает за семью перед Творцом и должен быть верующим".

Секретарь Совета улемов ДУМ Татарстана Рустам Нургалеев также отметил, что взгляды Духовного управления мусульман России не всегда отражают интересы всех мусульман страны.

"Мусульмане Республики Татарстан не ассоциируют себя с муфтиятом ДУМ РФ, и это решение точно не касается тех регионов, которые имеют свои духовные управления и других муфтиев… Мы, согласно ханафитской богословской традиции, позволяем заключать межконфессиональные браки, то есть мусульманин может заключить брак с иудейкой, христианкой, запрета на это нет", - сказал Нургалеев Интерфаксу.

Критика в отношении инициативы ДУМ прозвучала и со стороны российского парламента. Зампред комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина в интервью радиостанции “Говорит Москва” отметила, что такое заключение разъединяет народы России.

“Непродуманные действия способны расколоть российское общество, посеять раздор и никому не нужные религиозные противоречия”, - считает она.

В иудейской общине к заключению ДУМ отнеслись с пониманием. Раввин московской синагоги на Малой Бронной Исаак Коган в беседе с изданием Daily Storm отметил, что "в иудейском законе тоже есть предписание, чтобы евреи женились на еврейках или тех, кто перешел в нашу веру".

Православный протодиакон и богослов Андрей Кураев, которому в апреле запретили проводить службы, в беседе с “Национальной службой новостей” сказал, что православные тоже должны относиться с осторожностью к межконфессиональным бракам.

“В современном обществе для молодых людей важны другие идентичности, а не национально-религозные. И когда русская девочка знакомится с парнем из Татарстана или Чечни, они в университетской тусовке, для них важнее, что они вместе в университете учатся. Но проходит лет 20, начинается кризис среднего возраста, появляются мысли - кто я такой, какая у меня идентичность, кроме профессиональной. Другими становятся отношения с родителями. И эта русская женщина себя вдруг обнаруживает совсем в другой культурной ситуации”, - пояснил он.

Вечером во вторник первый зампред ДУМ Дамир Мухетдинов пояснил, что, так как Россия является светским государством, то постановления Совета улемов носят внутриобщинный характер и обращены, прежде всего, к мусульманам, стремящимся соблюдать религиозные постулаты.

"Они не имеют юридической силы в прямом смысле этого слова, поскольку (в отличие от некоторых мусульманских стран с действующим правом на основе шариата), не предполагают какой-либо ответственности и наказания за их неисполнение. Богословские заключения Совета улемов апеллируют исключительно к ответственности человека перед Богом и никак иначе", - говорится в заявлении Мухетдинова, опубликованном на сайте ДУМ.