Showing posts with label террор. Show all posts
Showing posts with label террор. Show all posts

Monday, June 3, 2024

re press

Репрессированное поколение. 

1930-е годы в Присвирье и Приоятье.

 - Санкт-Петербург: Реноме, 2023. - 392 с.

В основу сборника легли авторские тексты из книги "Время печали" (2003), содержащие воспоминания земляков Л.В. Шадровой, пострадавших в период сплошной коллективизации и Большого террора. Приведены истории жизни семей "врагов народа" в условиях поражения в правах, поиска сведений о репрессированных родственниках, получения документов о реабилитации. Работа Л.В. Шадровой дополнена результатами специально проведенных архивных исследований, благодаря которым удалось значительно расширить представление о событиях 1920-1930-х гг. в Присвирье.

Восстановлены фрагменты биографий граждан, лишенных избирательных прав, местных промышленников, торговцев, крестьян, партийных работников. Также для этого издания собраны новые воспоминания, любезно предоставленные родственниками репрессированных. Тексты снабжены редкими документами из семейных архивов.

В Приложении опубликованы биографические справки о 858 репрессированных жителях Присвирья и Приоятья: "лишенцах", раскулаченных, выселенных, приговоренных к лишению свободы и расстрелам. Приведены отдельные документы районных органов власти о процедуре лишения граждан избирательных прав; о проведении ночных налетов с целью сбора финансовых недоимок; о признаках зажиточного и "кулацкого" хозяйства. установленных в Лодейнопольском округе, и др.

Thursday, December 8, 2022

Event, memory, metaphor

The 1984 anti-Sikh pogroms in India

Posted by Staff on November 23, 2022


Recording memories of the trauma of 1984, ethnographic research, witnessing, documenting, and archiving can be a powerful way to challenge dominant and singular narratives that erase the voices of survivors.


Author


Reeju Ray, Associate Professor, Jindal School of Journalism & Communication, O.P. Jindal Global University, Sonipat, Haryana, India.

Summary


In this essay, Jaspreet Singh’s novel Helium is read as a historical text alongside government reports of the pogroms, media reports of the event, and oral ethnographies of survivors of 1984. Helium offers an understanding of how the memory archive challenges continued impunity of perpetrators of state violence.

Impunity is embedded in the state’s judicial processes, in a lack of public accountability, in forgetting, and in repetition. The survivors present a profound challenge to impunity by their refusal to accept the logic of badla [что это?] or revenge.

Published in: Sikh Formations

To read the full article, please click here.

Saturday, November 26, 2022

memory

135 лет назад родился Николай Иванович Вавилов (1887—1943) — учёный-генетик, ботаник, селекционер, академик АН СССР, президент ВАСХНИЛ, основатель и директор Всесоюзного института растениеводства, директор Института генетики АН СССР. Напомню о его гибели.


Из выступления генетика Владимира Эфроимсона (1908—1989) в декабре 1985 года в Политехническом музее на премьере документального фильма «Звезда Вавилова»: «Я пришел сюда, чтобы сказать правду. Мы посмотрели этот фильм… Я не обвиняю ни авторов фильма, ни тех, кто говорил сейчас передо мной… Но этот фильм – неправда. Вернее – еще хуже. Это – полуправда. В филь­ме не сказано самого главного. Не сказано, что Вавилов – не трагический случай в нашей истории.

Вавилов – это одна из многих десятков миллионов жертв самой подлой, самой бессовестной, самой жестокой системы. Системы, которая уничтожила, по самым мягким подсчетам, пятьдесят, а скорее – семьдесят миллионов ни в чем не повинных людей. И система эта – стали­низм. Система эта – социализм. Социализм, который безраздельно властво­вал в нашей стране, и который и по сей день не обвинен в своих преступле­ниях. Я готов доказать вам, что цифры, которые я называю сейчас, могут быть только заниженными.

Я не обвиняю авторов фильма в том, что они не смогли сказать прав­ду о гибели Вавилова. Они скромно сказали – «погиб в Саратовской тюрь­ме»… Он не погиб. Он – сдох! Сдох как собака. Сдох он от пеллагры – это такая болезнь, которая вызывается абсолютным, запредельным истощением. Именно от этой болезни издыхают бездомные собаки…

Наверное, многие из вас видели таких собак зимой на канализационных люках… Так вот: великий ученый, гений мирового ранга, гордость отечественной науки, академик Ни­колай Иванович Вавилов сдох как собака в саратовской тюрьме… И надо, чтобы все, кто собрался здесь, знали и помнили это…

Но и это еще не все, что я хочу вам сказать…

Главное. Я – старый человек. Я перенес два инфаркта. Я более двадцати лет провел в лагерях, ссылке, на фронте. Я, может быть, завтра умру. Умру – и кроме меня вам, может быть, никто и никогда не скажет правды.

А правда заключается в том, что вряд ли среди вас, сидящих в этом зале, най­дется двое-трое людей, которые, оказавшись в застенках КГБ, подвергнув­шись тем бесчеловечным и диким издевательствам, которым подвергались миллионы наших соотечественников, и продолжают подвергаться по сей день лучшие люди нашей страны, – вряд ли найдется среди вас хоть два человека, которые не сломались бы, не отказались бы от любых своих мыслей, не отреклись бы от любых своих убеждений…

Страх, который сковал людей – это страх не выдуманный. Это реальный страх реальной опасности. И вы долж­ны это понимать.

До тех пор, пока страной правит номенклатурная шпана, охраняемая политической полицией, называемой КГБ, пока на наших глазах в тюрьмы и лагеря бросают людей за то, что они осмелились сказать слово правды, за то, что они осмелились сохранить хоть малые крохи своего достоинства, до тех пор, пока не будут названы поименно виновники этого страха, – вы не мо­жете, вы не должны спать спокойно.

Над каждым из вас и над вашими деть­ми висит этот страх. И не говорите мне, что вы не боитесь… Даже я боюсь сейчас, хотя – моя жизнь прожита. И боюсь я не смерти, а физической боли, физических мучений…

Палачи, которые правили нашей страной, – не наказаны. И до тех пор, пока за собачью смерть Вавилова, за собачью смерть миллионов узни­ков, за собачью смерть миллионов умерших от голода крестьян, сотен тысяч военнопленных, пока за эти смерти не упал ни один волос с головы ни од­ного из палачей – никто из нас не застрахован от повторения пройденного…

Пока на смену партократии у руководства государства не встанут люди, отве­чающие за каждый свой поступок, за каждое свое слово – наша страна будет страной рабов, страной, представляющей чудовищный урок всему миру…

Я призываю вас – помните о том, что я сказал вам сегодня. Помните! Помните!»

Thursday, July 21, 2022

cohorts and labor camps

Подсокорский пишет:


Николай Кульбака, доцент кафедры политических и общественных коммуникаций Института общественных наук РАНХиГС при президенте РФ, кандидат экономических наук - для журнала "Историческая экспертиза":
 
"Вопреки распространенному мнению, [сталинские] репрессии были направлены не на тех, кто помнил революцию и истинную роль Сталина в ней. Этого он, похоже, не боялся. Основной удар репрессии нанесли по следующему поколению, по тем, кто мог прийти Сталину и его окружению на смену. Трудно сказать, насколько осознанным была направленность репрессий. Но результат получился именно такой. И выводить страну из экономического и политического тупика пришлось поколению, которое было лишь немногим моложе самого Сталина. А дальше ситуация только усугублялась, пока не кончилась «гонкой на лафетах» и резкой сменой курса страны. Но это уже спасти отставший Советский Союз не смогло".

Sunday, March 6, 2022

global terror rating

The latest report from the Institute for Economics and Peace estimates that in 2021, 7,142 deaths were caused by terrorism, globally. Despite this high figure, this is just a third of the level recorded in 2015 and represents a 1.2 percent decrease in 2020. The deaths in 2021 occurred across 44 countries, with 105 of the countries included in the report registering no fatalities - the highest number since 2007.

As stated in the report: "The data shows a shift in the dynamics of terrorism, with it becoming more concentrated in regions and countries suffering from political instability and conflict, such as the Sahel, Afghanistan, and Myanmar. Violent conflict remains a primary driver of terrorism, with over 97 percent of terrorist attacks in 2021 taking place in countries in conflict."

This infographic, using data from The Institute for Economics and Peace's report 'Global Terrorism Index 2022', gives an overview of how the globe is currently impacted by terrorism. As covered in this infographic, Afghanistan is rated as the worst impacted nation in the world. The country was also the location of the deadliest attack of 2021 which was caused by an Islamic State suicide bomber detonated bombs at Afghanistan’s Kabul International Airport, resulting in 170 deaths and injuries to over 200 Infographic: The Impact of Terrorism Around the World | StatistaИнтересная карта, Закавказье и Ср Азия — синие!

Wednesday, December 15, 2021

Responsibility and guilt

Обложка книги Николая Эппле

Ответственность и вина — не одно и то же. Что мы узнали из книги «Неудобное прошлое»


Почему Германии понадобилось больше 30 лет, чтобы осмыслить нацистское прошлое


В народном голосовании премии «Просветитель» победила книга исследователя мемориальной культуры Николая Эппле «Неудобное прошлое», где он изучает, как общества в разных странах прорабатывали тему государственных преступлений в своей истории. Мы прочитали книгу и пересказываем основные тезисы об осмыслении прошлого из опыта Германии.

Нюрнбергский миф


Эппле делает на Германии особый акцент: именно немецкий опыт стал образцом формирования памяти о трагических событиях прошлого. Нюрнбергский трибунал вообще считается символом правосудия и морального торжества правды над злом. Однако, пишет автор, на самом деле все обстояло несколько сложнее:

«В ситуации, когда преступление не осуждено, привлекательным способом восстановления справедливости начинает выглядеть месть со стороны близких жертв» Николай Эппле «Неудобное прошлое. Память о государственных преступлениях в России и других странах»

«Реальные плоды Нюрнберга и реальное отношение к нему современников сильно отличались от блестящего „Нюрнбергского мифа“».

Нюрнбергский процесс проходил сразу же после войны в 1945–1946 годах, и даже после него немецкое общество было еще крайне далеко от какого-либо консенсуса по поводу нацистского прошлого. Все 1950-е годы популярностью пользовалась доктрина «оставить прошлое позади», согласно которой общество производит некий разрыв со своим прошлым, рисует перед ним финишную черту и начинает жизнь сначала. В первые же послевоенные годы большинство немцев и вовсе выказывало нейтральное отношение к нацистскому режиму, считая главными жертвами войны в первую очередь самих себя.

Эппле объясняет это тем, что в Нюрнберге вся моральная работа по осуждению нацизма выполнялась представителями союзных стран — СССР, США, Великобритании и Франции. То есть справедливость устанавливалась тогда извне, при помощи внешних сил. И хотя Нюрнбергский процесс помог рядовым немцам уяснить, что виновные в страшных преступлениях найдены и наказаны, он никак не затрагивал тему ответственности всего германского общества перед жертвами нацизма.
Международный военный трибунал на Нюрнбергском процессе представляли восемь судей из СССР, США, Великобритании и Франции. 

О реальном осмыслении нацизма в Германии можно говорить лишь в контексте уже 1970-х годов — когда при смене поколений тема преступлений прошлого перестала интересовать только интеллигенцию и стала частью массовой культуры. Символом этой перемены Эппле называет прокат фильма «Холокост», который на момент его выхода в 1978 году посмотрели 48% жителей Западной Германии. В этот же период изучение истории нацистских преступлений стало обязательным элементом школьной программы, а немецкий парламент отменил сроки давности преследований за геноцид евреев.

Ошибка подхода, при котором прошлое без всякого осмысления остается позади, заключается в том, что любое случайное соприкосновение с этим самым прошлым будет бередить старые незажившие раны и вызывать дискомфорт. Эппле пишет, что по своим последствиям такой способ работы с прошлым имеет много схожего с его отрицанием, «которое обрекает индивида и социум на существование <…> в постоянном опасении и оглядке, как бы не вскрылось что-то такое, о чем не хочется помнить и вспоминать».
Кадр из фильма «Холокост» с Мэрил Стрип в главной роли, реж. Марвин Чомски, 1978

Чтобы избежать этого, Эппле предлагает вместо финишной черты перед страшными событиями прошлого проводить черту разделительную. То есть не пытаться забыть о прошлом, а, наоборот, установить с ним связь, но только в ином качестве — принять его. Эппле руководствуется здесь идеями из психологии памяти — дисциплины, которая фокусируется на отдельных людях. В ней принятие понимается как готовность человека, не отворачиваясь, посмотреть на трудные для осознания события и факты:
«Только осмыслив и приняв травматическое событие, можно без риска для психики жить дальше».

Ответственность — не вина


Несмотря на то что Нюрнбергский трибунал помог наказать многих преступников, он все равно не снимает вопрос о самостоятельной проработке прошлого теми, кто не был непосредственным участником тех событий. Говоря о том, как потомки жертв и преступников, живущие в одном обществе, могли бы обсуждать прошлое, Эппле предлагает:

«Переместиться с позиции внешнего наблюдателя, обвиняющего, на позицию участника, принимающего ответственность».

Само понятие «ответственность» можно понимать по-разному. Первое понимание — как раз что-то вроде вины, когда нести ответственность — значит, например, предстать перед судом. Но есть и вторая трактовка, когда под ответственностью понимаются нравственные обязательства, которые берет на себя отдельный человек или целое общество, причем добровольно и самостоятельно. В основном эти обязательства — делать все возможное, чтобы не позволить произошедшим преступлениям повториться вновь.

Пример такого подхода виден в словах Дженнифер Тиге — дочери нигерийца и немки, которая однажды узнала о том, что ее дедушка был комендантом концлагеря (ее дедом был Амон Гёт по прозвищу «мясник из Плашова», которого сыграл Рэйф Файнс в фильме «Список Шиндлера». — Прим. ред.). Разумеется, она не виновата в преступлениях предка, но в своей книге «Мой дедушка бы меня расстрелял» она пишет о том, что по-прежнему берет на себя моральные обязательства в контексте преступлений ее родственников:

«Моя ответственность единственно в том, чтобы не переставать говорить об этом».

Не молчать о преступлениях в истории своей страны, не скрывать свершившегося зла — единственный способ, с помощью которого потомки как жертв, так и палачей могут справиться с «неудобным прошлым». И это важно в том числе и с политической точки зрения, ведь для сохранения коллективной идентичности нации нужно спасение не только позитивного, но и негативного опыта. Часто это даже лучше сплачивает людей, усиливает их чувство сопричастности к истории страны. Если же этого не делать, сознание неосужденного, необговоренного зла будет блокировать связь с прошлым и раскалывать общество, делить его на изолированные группы с собственной историей и собственной этикой. В такой ситуации обществу будет сложнее развиваться, а людям внутри этого общества — доверять друг другу.

непонятно: почему Германия, в книжке есть гораздо (имхо) более примерные примеры

Sunday, October 10, 2021

Hands off red zones or medical matters are not patients' business

Руки прочь от «красных зон» или медицинские дела – не дело пациентов


Веками врачебное сообщество дистанцировалось от пациентов, создавая вокруг медицинской деятельности флёр загадочной непостижимости, не подлежащей обсуждению и осуждению. Провозгласившая пациентоориентированность чиновница, подтолкнула массовое уголовное преследование за профессиональную деятельность, что пытаются остановить Нацмедпалата и Российское общество хирургов (РОХ), выступившие с очередными заявлениями.

Выступления врачебных ассоциаций в защиту обвиняемых по уголовным статьям врачей не слышит ни власть, ни законодатели, ни следственные органы. Попытки профессиональных организаций остановить «волну» неправедных и часто абсурдных «врачебных» дел только усилили позицию следственных органов, наделив правом «внутренней», а по факту пристрастной, экспертизы. Объединению пациентов вокруг следственных органов способствовала замешанная на страхе обида и медицинская безграмотность.

Избранный врачебными сообществами путь нельзя считать перспективным, но движение идёт строго в рамках правового сценария. Два крупнейших профессиональных НКО продолжают взывать к тому, что осталось от разумного и вечного человеческого: Нацмедпалата предлагает объявить мораторий на судебное преследование работающих с коронавирусными больными, а РОХ – не использовать при разборе медицинских случаев статью 238 УК РФ «оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности».

В заявлении Нацмедпалаты сказано: «Нельзя зарабатывать на недостатках организации работы врачей. Лечение ковидных больных – это военная ситуация». Пациентам предлагается отказаться от услуг медицинских адвокатов и международных правозащитных организаций, плодящих «потребительский экстремизм», потому что «сами призывы к пациентам обращаться в суд – это преступление против общества и врачей». Палата рекомендует обращать в ФОМС для досудебного урегулирования претензии.

РОХ пошёл дальше, и в Резолюцию XIII съезда хирургов России внёс пункты по «декриминализации врачебной деятельности». Во-первых, «для повышения качества экспертизы рассматриваемых дел» создать при Следственном комитете экспертно-координационный совет; во-вторых, обратиться в Конституционный Суд и Госдуму с предложением прекратить применение «статьи 238 УК РФ в отношении медработников и организаторов здравоохранения».

Это далеко не первая попытка подвести законодателей к отказу от статей, «подразумевающих умысел, при расследовании “медицинских” дел». Три года назад Нацмедпалата просила СК ограничиться использованием статьи 124.1 УК «неоказание помощи», полностью исключив не медицинские по своей сути статьи 109 «причинение смерти по неосторожности», 118 «причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» и 238.

Что из этих просьб вышло, демонстрирует дело Сушкевич и Белой, но молчание равноценно преступлению.


Все врачи как Сушкевич и Белая


Thursday, October 7, 2021

Texas law

В Техасе приостановили действие закона о запрете абортов

Federal Judge Pauses Strict Texas Law

Федеральный судья окружного суда в Остине временно запретил применять новый закон о запрете абортов, принятый в Техасе. Об этом сообщает ABC News.

«С момента вступления в силу этого закона женщины незаконно были лишены возможности осуществлять контроль над своей жизнью способами, защищенными Конституцией», — отметил в своем решении судья Роберт Питман.

Закон, запрещающий врачам Техаса делать аборты после обнаружения сердцебиения плода (обычно его видно на УЗИ уже на шестой неделе беременности), вступил в силу 1 сентября. Прервать беременность нельзя даже если она наступила в результате изнасилования.

Документ также предполагает, что обычные граждане могут подать в суд на врача, который, как им кажется, сделал незаконный аборт. За такую информацию они могут получить «вознаграждение» в 10 тысяч долларов.

Запрет абортов вызвал волну недовольства среди граждан, его пытались обжаловать в Верховном суде, однако он отказался заблокировать закон. С момента его вступления в силу женщинам, желающим избавиться от нежелательной беременности, приходилось ездить за этим в другие штаты.

В минувшее воскресенье жители штата в очередной раз вышли на акцию протеста против спорного закона. Против него выступает и президент США Джо Байден, который считает документ «экстремальным» и «грубо нарушающим конституционное право» женщин.

Saturday, September 11, 2021

9/11

11 сентября 2001 года

Даниэль Левин: Отсюда
Первой жертвой террористической атаки на Нью-Йорк 11 сентября 2001 года стал пассажир рокового рейса №11 авиакомпании American Airlines Даниэль Левин, гражданин Израиля и США. Заметив, как двое сидевших перед ним мужчин поднялись со своих мест и направились к кабине пилота, Левин, служивший в элитном подразделении ЦАХАЛа «Сайерет маткаль», догадался, что они предпримут попытку захватить борт, и решил в одиночку их обезвредить. Один из террористов, Сатам аль-Сукаи, перерезал ему горло. Менее чем через полчаса, в 8.46 утра, самолет протаранил северную башню Всемирного торгового центра. О том, что случилось на борту, стало известно из телефонного разговора стюардессы Эми Суини с диспетчерским центром.

Когда страшная новость о трагедии разошлась в СМИ, десятки миллионов людей по всему миру бросились к компьютерам, чтобы узнать подробности произошедшего. Многие сайты, испытавшие многократный рост трафика, не обрушились лишь потому, что использовали технологию перераспределения информационных потоков внутри глобальной сети, разработанную при участии Даниэля Левина, отмечает издание Tablet. 31-летний Левин был создателем успешной IT-компании Akamai Technologies, оптимизировавшей доставку интернет-контента пользователям.

В 2014 году в США была издана биография Даниэля Левина. Автор книги Молли Раскин отмечает, что те черты характера, которые заставили Левина бросить вызов террористам, сделали его «одним из титанов индустрии высоких технологий».
отсюда

Даниэль "Дани" Марк Левин (14 мая 1970 — 11 сентября 2001) — американско-израильский математик и предприниматель, был наиболее известным как основатель интернет-компании Akamai Technologies. Он погиб в террористической атаке 11 сентября 2001 года во время полёта на рейсе 11 компании American Airlines из Бостона в Лос-Анджелес.

Даниэль родился в Денвере, штат Колорадо, США. В возрасте 14 лет репатриировался вместе с родителями в Израиль. Семья поселилась в Иерусалиме. Служил в армии в элитном спецподразделении Сайерет Маткаль [сравните по языкам]. После четырёх лет службы демобилизовался в звании капитана.

Daniel Lewin

Thursday, July 29, 2021

The interplay between COVID-19 restrictions and vaccination

by Chad R Wells, Alison P Galvani

March 31, 2021 DOI:https://doi.org/10.1016/S1473-3099(21)00074-8

An intervention is only as effective as the extent to which people are willing to adopt recommended measures. One obstacle to the success of COVID-19 interventions, especially in the USA, has been the politicisation of control measures, including the adoption of masks and physical distancing. Interplay between acceptance of non-pharmaceutical interventions and vaccination shapes local transmission dynamics. Despite the importance of human behaviour to the epidemiological trajectory, the integration of these interdependent factors into COVID-19 vaccination models has rarely been done. In The Lancet Infectious Diseases, Peter Jentsch and colleagues account for these considerations in their assessment of COVID-19 mortality under different vaccination programmes.

Multifaceted approaches are necessary to control the spread of SARS-CoV-2, particularly in the months before widespread vaccination coverage is achieved. However, the staunch opposition to non-pharmaceutical interventions among a substantial proportion of some populations has hampered control of the outbreak. Only 65% of Americans report consistently wearing a mask in public.
 The willingness to wear a mask in public was also found to be heterogeneous among different regions in the USA and across time.
 For example, willingness to wear a mask regularly varied from 57% in the midwest region to 87% in the northeast region. 
This heterogeneity in behaviour is especially precarious given that vaccine uptake is similarly clustered. As of March 4, 2021, the median proportion of the population who had received at least one dose of COVID-19 vaccine across the nine states in the northeast region was 6% greater than the median for the 12 states in the midwest. 
Conversely, regions with lower adherence to non-pharmaceutical interventions will require higher levels of herd immunity to interrupt transmission [почему?] and could prolong the epidemic throughout the country and beyond by continuously seeding cases.
Risk perceptions are fundamental drivers of behavioural shifts.
Consequently, the adoption of non-pharmaceutical interventions is likely to wane as vaccination becomes more widespread and prevalence falls. Even before the effects of vaccination campaigns are fully realised, their initiation could boost optimism which might, in turn, lead to the relaxation of non-pharmaceutical interventions. Jentsch and colleagues 
developed an innovative multilevel epidemiological model accounting for the temporal response of public health authorities in concert with alternative vaccination strategies, integrating population acceptance of non-pharmaceutical interventions using game theory. By considering the effect of vaccination on the implementation and practice of non-pharmaceutical interventions, the projected burden of COVID-19 during a vaccination campaign is more realistic than if these components were neglected.
The data-driven analysis used in this study
 was informed by age-stratified case counts, mobility, and seroprevalence data for Ontario, Canada, over the course of the COVID-19 epidemic. Their simulations show that prioritising young individuals (aged <20 years) for COVID-19 vaccination is never the optimal strategy to minimise deaths. 
This result is attributed to the assortative mixing patterns, along with the disproportionate fatality rates between young people and older adults.
 Differences in the age-specific likelihood of vaccine refusal further underscore the greater public health impact of targeting older people (aged ≥60 years). Specifically, only 53·5% of individuals aged 18–49 years report a willingness to vaccinate compared with 75% for individuals aged 65 years and older. 
Prioritizing older people in long-term care homes could be essential in reducing mortality, given their increased vulnerability, the rapid rate of spread within the homes, and that a concerning proportion of care workers are unwilling to be vaccinated.
 In an extension of their baseline model, Jentsch and colleagues
 also considered vaccine refusal over the course of the campaign.
To promote concomitant vaccination uptake and non-pharmaceutical intervention adherence, there are myriad approaches that have proven effective. Although data from the Guttman Center for Public Opinion Research and Policy at the Israel Democracy Institute have shown substantial initial vaccine hesitancy in Israel, the country has achieved the highest vaccination coverage worldwide so far by employing multiple strategies to alleviate concerns, maximise access, and streamline distribution.
 Rapid vaccination was facilitated by extensive education campaigns regarding vaccine safety and efficacy, establishment of vaccination sites throughout the country, including remote areas, and efficient centralisation of funding and coordination through their national health-care system.
 6 weeks into the vaccination campaign, 34·9% of Israel's population had received at least one dose of the vaccine, in contrast to 9·4% in the UK, 7·2% in the USA, 2·8% in France, and 2·4% in Italy.
The reductions in transmission that are achieved by adherence to non-pharmaceutical intervention and vaccination recommendations also decelerates the evolution of the virus. The emergence of more transmissible variants exacerbates the COVID-19 pandemic, particularly if vaccines are less efficacious against the novel variants. Any erosions in vaccine efficacy make non-pharmaceutical interventions all the more imperative. Reciprocally, fatigue over non-pharmaceutical interventions and the ensuing degradation in adherence requires urgent acceleration in vaccination coverage.

Monday, July 19, 2021

anti a campaign

Антиалкогольные кампании: почему в СССР так и не смогли победить пьянство?


В России с пьянством худо-бедно боролись уже с конца 19 века. По крайней мере признавали вред от него и понимали, «нужно что-то делать». Просто, не всегда знали что. С приходом к власти большевиков в 1917 году начался новый виток войны за трезвость. Выражаясь современным языком, на общефедеральном уровне. Но, увы, даже коммунистическая партия со всеми ее строгими законами и карательными органами не смогла победить тягу россиян к выпивке.
Социальная реклама «Девушка, не дружи с пьющим!» в Москве на Волхонке. Фото: 1920-е гг.

В декабре 1919 года Ленин подписал закон (или как тогда называли — декрет) «О воспрещении на территории РСФСР изготовления и продажи спирта, крепких напитков и не относящихся к напиткам спиртосодержащих веществ». Декрет в целом повторял положения антиалкогольного закона 1914 года, принятого еще при царе, и не давшего, как потом выяснилось, никаких результатов.

При старой власти после введения запрета на выпивку народ погромил винные и пивные склады, а потом приноровился к суррогатам. В результате алкоголики, умиравшие раньше от белой горячки, теперь гибли от отравления и ожогов гортани. Пили «ханжу» (разбавленный денатурированный спирт), политуру (20% спиртовой раствор природной смолы, использовавшейся для полирования дерева), разбавленный метанол (древесный спирт), одеколон, аптечные капли.
Склад Жигулевского пивзавода. Пенза. Фото: начало ХХ в.

Большевики, как и прежняя власть, почему-то решили в 1919 году, что если запретить продажу спиртного, все русские мужики и бабы вдруг в одночасье сделаются убежденными трезвенниками. Однако, население было не согласно с такими санкциями и в очередной раз нашло выход из сложного положения. Стали гнать сами.

Запрет на продажу алкоголя пришлось снять.


Размах самогоноварения в Гражданскую войну достиг небывалого масштаба. В 1922 году, по данным милиции РСФСР, завели более 500 тысяч дел о самогоноварении. А сколько было тех, кого не поймали?
Самогонный аппарат. Фото: 1920-е гг. (?)

Правительство сражалось с самогонщиками как могло, но силы были неравными. В 1921 году оно даже установило монополию на производство, продажу, перевозку и хранение алкоголя. Итог закономерный — погромы винно-водочных складов, развитие кустарных производств.

С 1926 года государство разрешило (обязало?) лечить алкоголиков принудительно. В школах появились обязательные уроки, на которых детям объясняли вред от выпивки.
Антиалкогольный плакат для детей, выпущенный в 1929 г. Госмедиздатом

С 1927 года в стране вводились серьезные ограничения на продажу спиртного. Его нельзя было продавать:
  • малолетним (батя за пивом послал — больше не работало);
  • тем, кто уже находился в нетрезвом состоянии (за второй теперь не сбегаешь);
  • в выходные и праздничные дни (на первомай за «солидарность с революционной борьбой трудящихся капиталистических стран» уже не выпьешь);
  • в буфетах театра и кино (берите минеральную воду).
Собственно о государственной антиалкогольной кампании в СССР можно говорить в связи с обнародованием в 1926 году тезисов ЦК ВКП(б) «О борьбе с пьянством», где были закреплены основные правила и методы, которыми партия на местах должна была вести войну с алкоголизмом.
После снятия запрета на продажу алкоголя. Фото: 1920-е гг. Источник: архив С. Бурасовского/ russiainphoto.ru

Постановление СНК РСФСР «О мерах ограничения торговли спиртными напитками» от 29 января 1929 года закрепило расширенный список мер по борьбе с пьянством, куда вошло:
  • новые точки по продаже спиртных напитков не открывать, а расположенные вблизи казарм и бирж труда немедленно ликвидировать;
  • местная администрация по запросу или самостоятельно может закрывать любые винно-водочные лавки и магазины;
  • нельзя продавать алкоголь в дни выдачи зарплаты, в праздники, в выходные и накануне выходных, во время очередных призывов в армию;
  • спиртные напитки запрещены к продаже в «рабочих клубах, в буфетах общественных учреждений, в театрах, кино, общежитиях, банях, общественных садах, парках и местах народного гуляния»;
  • запрет на любую рекламу алкоголя.
В 1930-е годы в антиалкогольной политике СССР изменений не произошло. Зато они произошли в социально-экономической жизни страны.
Антиалкогольный плакат 1929 г. [Демьян Бедный]

Как мы помним, именно в этот период культ личности Сталина достиг апогея, усилились репрессии, а большая часть советских граждан оказалась за чертой бедности.

В сталинское десятилетие наблюдалось существенное, можно сказать радикальное снижение уровня пьянства.
Самогонщики. Фото: 1950-е гг. Источник: из архива Ольги Павловны Карелиной/ russiainphoto.ru

Люди были запуганы происходящим в стране. За появление в общественных местах в пьяном виде грозила суровая кара. А уж если застанут нетрезвым на рабочем месте, легко могли впаять расстрельную статью о вредительстве. Форсированная коллективизация привела к упадку сельского хозяйства, что вызвало дефицит базовых продуктов питания. В общем, есть было нечего, куда уж тут еще и самогон варить.

В 1958 году крепкое спиртное запретили продавать в местах массового скопления: аэропортах, морских и речных пристанях, общепитовских точках (кроме ресторанов, там можно) и рынках.
Антиалкогольный плакат. 1950-е гг. (?)

В 1961 году был принят новый указ, в котором за самогоноварение и изготовление других спиртных напитков домашней выработки (наливки или вина, например) полагалась уголовная ответственность. Срок можно было получить и за хранение самогона и самогонных аппаратов.

Постановление ЦК КПСС «О мерах по усилению борьбы с пьянством», принятое в 1972 году, содержало не только запретительные положения, но и регламентировало борьбу с пьянством на уровне культурно-воспитательных мероприятий. Именно с этого момента стала возможна человеческая реабилитация бывших алкоголиков, которых, как известно, не бывает.

Запойных пьяниц принудительно лечили и перевоспитывали методами трудотерапии с 1974 года. Как реализовывалась эта политика можно наблюдать, например, в фильме «Афоня», вышедшем в 1975 году. Прямо скажем, реализовывалась она из рук вон плохо.

Принятые меры ни к чему не привели. Законы были, но выполнение их не контролировалось. Поэтому пьянство и уровень самогоноварения увеличивались в геометрической прогрессии. Например, в 1983 году производство водочных суррогатов составляло 50-70% от государственной продажи алкоголя.

В 1985 году в СССР произошла так называемая алкогольная реформа — беспрецедентная в истории нашей страны законодательная кампания по борьбе с пьянством и алкоголизмом.
Перестроечные антиалкогольные демонстрации. Фото: 1980-е гг. Источник: https://russian7.ru/

Для ее реализации были приняты два драконовских по своей сути закона: Постановление ЦК КПСС и Советского правительства «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма» и Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об усилении борьбы с пьянством».

Целью подобного законотворчества ставилось полное искоренение пьянства и алкоголизма, причем делать это собирались на государственном уровне. С 1986 года предполагалось планомерно сокращать выпуск водки и ликеро-водочных изделий, а к 1988 году вообще прекратить производство плодово-ягодных вин.
Очередь за водкой. Фото: 1980-е гг.

Хотели, видимо, поступить как с курением в Бутане — можно употреблять только по чеку, что продукт куплен в другой стране. Вполне закономерно, что такие крутые меры в уже цивилизованные 1980-е годы не могли устроить общество, пусть и советское, привыкшее, что его воспитывают кнутом без пряников.

Поэтому и в 1980-е, и в 1990-е годы, уже после развала СССР пьянство у нас как было, так и осталось. [высказано распространённое, но ошибочное мнение]
Очередь в вино-водочный. Фото: 1990е гг. (?)

А некоторые историки уверены, что все эти антиалкогольные кампании принесли больше вреда, чем пользы.

А вы как считаете? Что нужно для эффективной борьбы с пьянством?

Sunday, June 6, 2021

«Historikerstreit», 6. Juni 1986, „Frankfurter Allgemeinen Zeitung“

JuergenHabermas retouched
„Aber gleichwohl muss die folgende Frage als zulässig, ja unvermeidbar erscheinen: Vollbrachten die Nationalsozialisten, vollbrachte Hitler eine ‚asiatische‘ Tat vielleicht nur deshalb, weil sie sich und ihresgleichen als potentielle oder wirkliche Opfer einer ‚asiatischen‘ Tat betrachteten? War nicht der ‚Archipel Gulag‘ ursprünglicher als Auschwitz? War nicht der Klassenmord der Bolschewiki das logische und faktische Prius des Rassenmords der Nationalsozialisten?“

Ссылки:

Sunday, April 11, 2021

Minsk Metro bombing, 10 years ago

TerrorMinsk

Светлана Тихановская – о трагедии в минском метро


«11 апреля 2011 года была подорвана наша безопасность. От взрыва в метро погибли 15 человек и пострадали более 400. Эти сухие числа из сводки новостей не способны описать тот ужас, который испытали сотни семей и вся Беларусь.

11 апреля 2011 года было подорвано наше доверие суду. Подозреваемых нашли за считанные дни. Их судили, несмотря на множество нестыковок, а смертный приговор привели в исполнение так быстро, что многие не поверили в честность правосудия.

11 апреля 2011 года была подорвана та самая стабильность. Весь Минск был напуган, мобильная связь не работала от перегрузок, люди искали родных по больницам и не понимали, что происходит, потому что вместо новостей слышали ужасные слухи.

С того дня мы ещё очень долго не ощущали себя в безопасности. Прошло 10 лет – и режим сделал всё, чтобы беларусы снова боялись ходить по улицам своих городов, не имели уверенности в том, что будет завтра, и были лишены защиты законом.

При этом сами беларусы помогают друг другу, как и тогда – 10 лет назад. Помните, все подвозили пострадавших, оказывали медицинскую, юридическую и любую другую помощь. Даже в самые тяжёлые дни беларусы показывают, что мы – нация, которой хочется гордиться. И нация, которая борется – за новую Беларусь, где все заключённые по политическим мотивам на свободе и реабилитированы, где мы чувствуем себя безопасно и можем планировать свое будущее, где закон не просто соблюдается, но и равен абсолютно для всех.

А сегодня каждый может прийти к памятнику на станции метро Октябрьская, возложить цветы, поставить свечи и почтить минутой молчания всех погибших в этой трагедии, которая никогда не должна повториться».

Wednesday, January 6, 2021

Where The Most Journalists Are Imprisoned Worldwide

Last week, a court in China sentenced citizen journalist Zhang Zhan to four years in jail for her first-hand reporting about the outbreak of the pandemic in Wuhan. Zhan's accounts of deserted streets and overcrowded hospitals were not in line with the government's narrative and her lawyer stated that she was jailed for "picking quarrels and provoking trouble". Ahead of her sentencing, The Committee to Protect Journalists, an advocacy group, released its latest annual census showing the number of journalists imprisoned across the world. Unsurprisingly, China was named the world's worst journalist jailer once again.

274 journalists were in jail due to their work as of December 01, 2020, a figure that exceeds the high of 272 recorded in 2016. More than 250 journalists are behind bars for the fifth consecutive year amid a lack of global leadership on democratic values, particularly in the United States. China is the worst jailer with 47 journalists identified as being in prison there. Turkey came second with 37 while Egypt came third with 27.

China and Turkey have consistently vied for the unenviable title of the word's worst jailer of journalists. In line with President Xi Jinping consolidating his control over the country and implementing tighter controls on the media, China has continued to imprison members of the media and it moved into first position in 2019. Arrests of journalists have been notable amid a Muslim crackdown in Xinjiang province and some of those have been incarcerated for journalism activity carried out years earlier. Arrests have continued amid the coverage of the pandemic's outbreak in Wuhan.

Turkey comes for imprisonments with its total noticeably in recent years. That decline is not as positive as it seems and does not represent an improvement in the fortunes of Turkish media. Rather, it reflects successful efforts by President Erdoğan to clamp down on independent reporting and criticism. Dozens of journalists that are not currently in jail in Turkey are still facing trial or appeal and could yet be sentenced while others who have been sentenced in absentia could face lengthy stints behind bars upon their return to the country.

Egypt has continued to arrest and charge journalists with its total number reaching 27, matching a record set in 2016. According to the CPJ, the crackdown has continued sometimes because of rather than in spite of Covid-19 with at least three journalists arrested for their work covering the pandemic. Saudi Arabia's attitude towards critical journalism hardly needs an introduction after the barbaric murder of Jamal Khashoggi. As of December 2020, 24 journalists are in prison in the kingdom.Infographic: Where The Most Journalists Are Imprisoned Worldwide | StatistaБеларуси нет.

Saturday, January 2, 2021

components of decrement process

Умершие vs. бежавшие в статистике Отдела по спецпереселенцам ГУЛАГа ОГПУ-НКВД.

corporatelie 27 декабря, 2019

C подачи Виктора Николаевича Земскова (при всех его бесспорных заслугах) в отечественной историографии установилось некритическое отношение к сводной отчетности ОГПУ-НКВД. Если 'доархивный период' страдал чрезмерным, почти априорным доверием к нарративным источникам (мемуарам), то после 1989 г. многие историки эры 'архивной революции' пали жертвой своеобразного 'архивного фетишизма'. Ряд авторов (прежде всего упомянутый мной В.Н. Земсков, а также многие представители т.н. ведомственной историографии -Ю.Моруков и др.- стали абсолютизировать рассекреченную сводную статистику органов, выявленную в центральных архивах, при этом практически не работая с низовым уровнем в региональных архивах для перепроверки обобщающей отчетности Центра. В результате ряд системных факторов, влияющих на сбор и интерпретацию данных работниками периферии остался попросту проигнорирован.

В своем ответе на критику демографа С.Максудова В.Н. Земсков так обосновывал свое доверие к сводным цифрам Отдела по спецпоселенцам ГУЛАГа ОГПУ-НКВД : <...> По меркам того времени, качество учета было достаточно высоким, так как высланные кулаки фактически являлись поднадзорными, и их учет велся гораздо строже и скрупулезнее, чем в ряде случаев в отношении обычного гражданского населения<...>'Сотрудники ЗАГСов фактически не несли никакой ответственности за недоучет, а что касается комендантов спецпоселков, то за недоучет они могли подвергнуться не только служебному взысканию, но и обвинению в пособничестве «кулацкому элементу» с весьма неприятными для них последствиями. Коменданты спецпоселков были очень заинтересованы в том, чтобы никакого недоучета не наблюдалось'.

В одной из своих последних и - с моей точки зрения- слабых монографий 'Сталин и народ' Виктор Николаевич утверждает следующее : 'Относительно умерших в «кулацкой ссылке» в 1932-1940 годах имеется точная статистика - 389 521 человек' <...>К началу 1932 года на учете в «кулацкой ссылке» числилось свыше 1,3 млн спецпереселенцев, а было их направлено туда в 1930-1931 годах немногим более 1,8 млн. Следовательно, за 1930-1931 годы убыль составила около 0,5 млн человек. В документах нет указаний на то, из каких компонентов слагалась эта убыль. Конечно, не вызывает сомнений, что главными компонентами являлись побеги и смертность. Причем, как правило, на первом место по численности находились бежавшие, на втором - умершие'. (цит. по Сталин и народ. Почему не было восстания. М.: Алгоритм, 2014. 240 с. 12,6 п.л.)

Зафиксируем что для Земскова умершие и бежавшие - категории отдельные, не коррелирующие с друг другом. А страх наказания за предоставление недостоверных сведений, якобы, гарантировал полноту и надежность первичной статистики на местах.Однако, анализ демографических последствий той же Назинской трагедии 1933 г., где погибшие как раз являлись формально трудпоселенцами, позволяет скорректировать подобные утверждения.
.
Выписка из Приказа № 141 по Александро-Ваховской Уч. Комендатуре СИБЛАГа ОГПУ от 29 июня 1933 года.

§ 2.
Не оказавшихся на лицо при переучете т/п. нового контингента в количестве - 2809 человек из них мужчин - 2725 женщин - 84 с сего числа считать в бегах и исключить из списков Комендатуры, при чем из числа бежавших обнаружено трупов на острове - 455 и в тайге - 991.
Основание: Акты перерегистрации и сведения пос. Комендантов.
П/п Комендант Цепков
Выписка с подлинным верна : Делопроизводитель (подпись)

Источник: ГАНО. Ф. 7-П. Оп. 1. Д. 628. Л. 104. Опубликовано: Назинская трагедия. Серия: Из истории земли Томской. Документальное научное издание. Томск: Изд-во «Водолей», 2002. 220 с. (11,7 п.л.). Составитель д.и.н. С.А.Красильников.
Справка по данным учета трудпоселенцев Александро-Ваховской Участковой Ко­мендатуры СИБЛАГа ОГПУ на 20 сентября 1933 г.

на 20 сентября с/г. из числа прибывших 10289 деклассирован­ных:
Умерло 1877 человек
Бежало 3682 человека. Всего - 5559 человек.
Цифра бежавших не соответствует действительности т.к.
1) На поселках многих хоронили по простому счету без наличия на них установочных данных, а отсутствующих при поверках числи­ли в бегах.
2) Как видно из прилагаемой выписки из приказа № 141 по Уч. Комендатуре, громадное количество числившихся в бегах фактиче­ски умерло, причем указанные в приказе цифры обнаруженных тру­пов т/п. далеко не полны, т.к. и до последнего времени продолжают обнаруживат[ь]ся не учтенные трупы умерших т/п. Таким образом, учитывая состояние здоровья т/п.[,] дальность пути и непроходи­мость, отсутствие соответствующих припасов и т.п. надо сказать, что бежать если и удалось, то только единицам.
Уч. Комендант (Фролов)
б/Зав. Учета (Подпись неразборчива)
Источник: ГАНО. Ф. П-7. Оп. 1. Д. 628. Л. 144. Рукописный подлинник, подписи - автографы. Опубликовано: Назинская трагедия. Серия: Из истории земли Томской. Документальное научное издание. Томск: Изд-во «Водолей», 2002. 220 с. (11,7 п.л.). Составитель д.и.н. С.А.Красильников.

Итого - значительная часть формально зарегистрированных в качестве бежавших из Александро-Ваховской комендатуры СИБЛАГа (тысячи человек) на самом деле погибла в тайге.

Вышеприведенные сведения подтверждают старый источниковедческий труизм - слепое доверие документам Центра без перекрестного сравнения с материалами низовых административных уровней может искажать оптику исследователя.

Friday, February 21, 2020

mean family size from a source

реабилитация?
тыцабельно
из ФБ: 

19 февраля 1951 г. министр ГБ Абакумов направляет Сталину записку МГБ СССР

«О необходимости выселения из западных областей Украины и Белоруссии, Молдавской, Латвийской, Литовской и Эстонской ССР участников антисоветской секты иеговистов и членов их семей» 

– вместе с проектом соответствующего постановления Совета министров, предусматривавшего конфискацию их имущества. Речь шла о высылке 8576 человек (3048 семей) в Иркутскую и Томскую области.

19 февраля 1951 г.
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
Сталину И.В.
...В целях пресечения дальнейшей антисоветской деятельности иеговистского подполья, МГБ СССР считает необходимым, наряду с арестом руководящих участников иеговистской секты, выселить из пределов Украины, Белоруссии, Молдавии, Латвии, Литвы и Эстонии выявленных иеговистов с семьями в Иркутскую и Томскую области.

Всего выселению подлежит 8576 человек (3048 семей) [2.8], из них:
По Украинской ССР — 6140 человек (2020 семей) [3.0];
По Белорусской ССР — 394 человека (153 семьи) [2.6];
По Молдавской ССР — 1675 человек (670 семей) [4.4];
По Латвийской ССР — 52 человека (27 семей)[1.9];
По Литовской ССР — 76 человек (48 семей)[1.6];
По Эстонской ССР — 250 человек (130 семей)[1.9].

И Сталин утвердил осуществление плана на март — апрель 1951 года.
Координировать операцию поручили первому секретарю ЦК Компартии Молдавии Леониду Брежневу. Операция получила название «Север».
[] — поделить можно и самому, но
бонус:

Восприятие темы ГУЛАГа в Италии и Франции

Sunday, January 5, 2020

WW3 and an experience of a Polish error

Daniel Staetsky сделал пост на тему внезапности нападений Германии во второй мировой войне и оценки недавней атаки США на Иран в связи с этим.
Есть некоторые сомнения, но в целом выглядит убедительно. Пост — пересказ выступление человеке, которое приведено ниже.
Собственно пост по ссылке, гугольный перевод будет в каментах.
 

Thursday, December 19, 2019

Topography of Terror

библиотека топографии террора
библиотека

Топография террора. Лубянка и окрестности


/Экскурсия проекта "Это прямо здесь"/


21 декабря, 13:00
Сбор на Лубянской площади, у Соловецкого камня

К 1920 году в районе центральных московских улиц – Большой и Малой Лубянки, Кузнецкого моста, Рождественки, Варсонофьевского переулка – сложился квартал ВЧК-ГПУ-НКВД, где находились тюрьмы этих спецслужб и места пыток и тайных расстрелов. Отсюда исходило управление всем советским репрессивным аппаратом, жертвами которого стали миллионы граждан.

На нашей пешеходной прогулке мы посетим эти места, поговорим об исполнителях неправосудных приговоров и о масштабах террора, а также вспомним Политический Красный Крест, сотрудники которого даже в самые страшные годы старались облегчить участь арестованных.

Bundesarchiv Bild 183-R97512, Berlin, Geheimes Staatspolizeihauptamt
Prinz-Albrecht-Straße No.8 in 1933
Название экскурсии взято от берлинского музея на бывшей Принц-Альберт Штрассе. Там была штаб-квартира гестапо, разбомблённая англичанами.

Ставить на одну доску Советский союз и фашистскую Германию — это верх цинизма. Люди, значит, не знают историю, читать-писать не умеют!

The Biggest Empires In Human History

In 1913, 412 million people lived under the control of the British Empire, 23 percent of the world's population at that time. It remains the largest empire in human history and at the peak of its power in 1920, it covered an astonishing 13.71 million square miles - that's close to a quarter of the world's land area. At its height, it was described as "the empire on which the sun never sets" but of course the sun finally did set on it. Today, Britannia no longer rules the waves and its remnants consist of 17 small dependent and unincorporated territories scattered across the world such as the Falkland Islands and Gibraltar.

The Mongol Empire existed during the 13th and 14th centuries and it is recognized as being the largest contiguous land empire in history. It of course originated in Mongolia and once stretched from Eastern Europe to the Sea of Japan, extending into the Indian subcontinent and the Middle East, covering 9.27 million square miles. The Russian Empire comes third on the list with a peak land area of 8.8 million square miles. The data for this infographic was published by website World Atlas.
Infographic: The Biggest Empires In  Human History | Statista
В городском саду цветёт акацыя
самая щастливая здесь я
....
значит не импери яяя