Showing posts with label карта. Show all posts
Showing posts with label карта. Show all posts

Tuesday, December 31, 2024

to morrow

Какой год начнётся завтра?


2025? Для нас, как и для жителей большей части стран мира да!

Но не для всех! В арабских странах завтра будет 1446 год, в Иране - 1406, в Китае - 4722, а в КНДР - 114! Есть и набор других забавных исключений - все они на карте!

Monday, September 30, 2024

europe

Страны Европы, выдающие больше и меньше всего гражданств


Активнее всего выдают гражданства страны Скандинавии: в Швеции в 2022 году выдали 8.8 гражданств на каждую тысячу жителей страны, в Норвегии - 7.6! Достаточно активно выдают свои паспорта и страны Бенилюкса, Швейцария, Испания и Италия.

А вот в страны Восточной Европы свои гражданства почти не выдают: всего 0.1 паспорт на тысячу жителей выдали Словакия и Болгария, 0.2 - Хорватия и Литва, по 0.3 - Польша и Венгрия

Tuesday, September 24, 2024

addition

Fetal exposure to the Ukraine famine of 1932–1933 and adult type 2 diabetes mellitus 

L. H. Lumey, Chihua Li, Mykola Khalango, Nataliia Levchuk, Oleh Wolowyna

The short-term impact of famines on death and disease is well documented, but estimating their potential long-term impact is difficult. We used the setting of the man-made Ukrainian Holodomor famine of 1932–1933 to examine the relation between prenatal famine and adult type 2 diabetes mellitus (T2DM). This ecological study included 128,225 T2DM cases diagnosed from 2000 to 2008 among 10,186,016 male and female Ukrainians born from 1930 to 1938. Individuals who were born in the first half-year of 1934, and hence exposed in early gestation to the mid-1933 peak famine period, had a greater than twofold likelihood of T2DM compared with that of unexposed controls. There was a dose-response relationship between severity of famine exposure and increase in adult T2DM risk
Белая — западная Украина

addition to

Sunday, September 22, 2024

Some thoughts on Russian demography


Некоторые соображения по российской демографии (1/12)


Итак, как и обещал, подготовил ряд заметок на тему демографической катастрофы в России, является ли происходящее нормой, сравнение с опытом других стран.

Безусловно, если вдуматься в вопрос, ответ лежит на поверхности – нет, это не норма, не хорошо, с этим нужно бороться различными механизмами поощрения и т.д. Но под словом «норма» я определяю то, является ли происходящее в России чем то отличным от других стран, в первую очередь европейских, с которыми Россия близка культурно и демографически?

Первое, что мы можем сравнить – визуальную динамику. В своё время, я сделал демографическую динамику 2002-2010, где было отображено процентное изменение численности населения единиц 3-го уровня в России. Кратко вспоминая этот труд – всё плохо, где-то отвратительно, где-то терпимо, но в целом плохо. (Карта – демографические изменения между 2002 и 2010 годами с выделением нескольких зон на выбор)

2/12

Для простого сравнения, предлагаю взять выборочно несколько европейских стран по разной экономической разрядности и исторической близости к России. Например, Эстонию, Польшу и Грецию. Я взял карты, сделанные в отличии от моей по России более качественно у timbes5 и адаптировал их под свою.

Собственно Эстония показала себя тоже плохо, но сравнительно с Россией намного лучше надо отметить, что на карте отдельно от мельчайших единиц выделены города небольшими точками, из-за чего их значимость на карте визуально принижена. А также, разрез хоть и близок по времени, но на три года больше, это тоже нужно иметь в виду


3/12

Дальше идёт Польша, страна, не бывавшая частью СССР, но частью соцлагеря. У неё шкала разброса небольшая, но и так видно, что страна за тот же период отличается удивительной стабильностью. Мест с ошеломительном или хорошим ростом достаточно, а вот серьёзное падение в считанных единицах, в основном в Белостокской области.

Ну и Греция, страна не из соцлагеря, но и не с классическим западноевропейским уровнем жизни. Пример может и не лучший, но он разнообразит выборку. Как видим, Греция представляет из себя скорее промежуточный вариант между Польшей и Эстонией.

4/12 как много в этом звуке для сердца русского слилось .... 

Что объединяет все выбранные страны, возможно и все страны в принципе в этой теме? Город и пригород. Не трудно заметить, что не считая столицы, большая часть городов либо колеблется, либо уверенно теряет население, в то время как пригород тоже колеблется, но уже на уровне от неизменности населения – до уверенного роста. В Эстонии это меньше заметно, поскольку кроме Таллина и Тарту относительно крупных городов очень мало

Можно конечно несколько придраться к соотношению мелких единиц и населению. Что у Польши хоть и мелко, но сосредоточено четверть-треть населения России на территории размером с Томскую область. Но у той же Эстонии единицы вполне сопоставимы с единицами России, а размер самой Эстонии, население центра и плотность сельской местности вполне сопоставима с центральными регионами России.

5/12



Wednesday, July 24, 2024

eu

Как можно на самом деле разделить Европу


Немного бестолковая, но красивая визуализация (словцо само по себе красивое) разделения Европы на более развитую (оранжево-коричневые оттенки) и менее развитую (фиолетовые оттенки).

В "оранжевой" части: больше айфонов, меньше курят, больше зарабатывают, больше демократии, чаще разрешены однополые браки, меньше умирают в автомобильных авариях, больше всевозможных свобод и людей, работающих на двух работах.

population change

Изменение населения в странах Европы и окрестностях с 1990 по 2022 гг.


За 32 года с 1990, население больше части стран Западной Европы выросло: где-то скромно (на 5.9% в Германии), где-то ощутимо (на 31% в Норвегии), но везде значительно меньше, чем на Ближнем Востоке и в Северной Африке (где местами население выросло больше, чем вдвое, за тот же период!)

А вот Восточная Европа (включая нас) - территория демографической катастрофы. Наши -3% за 32 года выглядят ещё неплохо по сравнению со многими балканскими странами (-28.9% в Боснии и Герцеговине), Украиной (те же -28.9%) и странами Балтии

Friday, July 12, 2024

OECD data, publications and analysis become freely accessible

OECD member states map
The OECD has taken the important step of removing all restrictions to its content and publications. The introduction of the Creative Commons CCBY 4.0 licence now enables seamless access to OECD publications and data through our brand new website.

“The adoption of an open-access information model is a significant milestone with all OECD data, publications, and analysis becoming freely accessible to everyone, under an open licence”, OECD Secretary-General Mathias Cormann said. “These developments reaffirm the OECD’s commitment to strengthening our global relevance and impact, by ensuring accessibility of evidence-based data, analysis and best practice policy recommendations to help policy makers deliver better policies and find effective multilateral solutions to the shared global challenges of our time.”

To facilitate information discovery, we’ve redesigned the OECD website. This will help you find content more efficiently, by topic and by country, enabling full access to a catalogue of almost 30,000 items from the OECD archives, which you can now access, download, and share.

Visit the new OECD.org to explore all our data and analysis

Tuesday, July 2, 2024

allowed

Страны, где разрешена смена пола


В странах, выделенных синим цветом (а их немало: Канада, некоторые страны ЕС, многие страны Латинской Америки) пол можно сменить... Просто так! В большей части оставшихся стран Европы для этого нужно хотя бы медицинское заключение, а в Китае, Индии и многих странах Средней Азии и Ближнего Востока для смены пола нужна операция.

У нас, как и почти везде в Африке, и в некоторых (немногих) странах ЛатАма и ЮВА, смена пола теперь запрещена

Monday, July 1, 2024

Religion, Fertility and Contraception in Sub-Saharan Africa

Part 4: African research and policy in Nigeria
Catholic Church, Family Planning, fertility, Population growth, Population Projections, Religion
January 18, 2022


African researchers have done excellent work to clarify how religious affiliation influences the use of contraception. In Nigeria, with high fertility and a large and growing population, use of modern contraception is still low. The teaching of Islam in particular, contributes to this situation. Several researchers emphasize that men and religious leaders should be involved to improve the situation for women.


By Frank Götmark & Nicola Turner

Nigeria, with 211 million people, is projected to have a population of 401 million by mid-2050. This would markedly increase demands of people on water resources, arable land, forests, and wild animals (a food source in rural areas). Today, the number of Nigerians per km2 of arable land (622) is higher than the corresponding figure for Europeans in the EU (448) where population may be stable, or even decreasing. The high fertility rate in Nigeria (5.2 children per woman), combined with a young population forming families in coming decades, seems to be causing a future population explosion. What is the role of religious denominations for this high fertility rate?

African researchers have analyzed the contraception use in Nigeria, and the factors influencing the contraceptive prevalence rate (CPR, the percentage of married women, or in union, using contraception). Demographic and Health Surveys (DHS) are available from many countries in Sub-Saharan Africa (SSA), and can be used to analyze CPR.

In a detailed study, Godswill Osuafor and Akim Mturi asked whether “religious beliefs have a significant effect on contraceptive uptake” in Nigeria. Denomination affiliation is given in the DHS (Catholic, other Christian, Muslim, and traditional religion). Non-religious people were not mentioned, a small, difficult-to-study minority: atheists and agnostics, if open with their views, face persecution in Nigeria and other African countries, or even capital punishment. One wonders therefore, if the proportion of people classified as religious is overestimated in polls from Africa?

Osuafor & Mturi describe the background: The first family planning (FP) clinic was set up in Lagos in 1958, and the first formal FP program began in 1964, with a goal to reduce fertility. A national population policy in 1988 set up specific goals; to reduce the fraction of women bearing more than 4 children by 50% to 1995, and by 80% to 2000. The policy failed; the authors comment that “the benefits of lower fertility… was beyond the comprehension of the ordinary person and even the intellectual.” Both Christians and Muslims in Nigeria tend to view pregnancy as a gift from God. The national population policy was revised in 2004, with goals to reduce the annual population growth rate to 2% or lower, and increasing CPR by at least 2% per year, up through 2015. (In 2019, the annual growth rate was 2.6%, according to the UN.)

Osuafor & Mturi analyzed DHS surveys from 1990, 1999, 2003 and 2008 (the last one involving much more data). The questions to married women (or in union) were the same over time, and the sample of households varied from 5 100 to 23 800. The authors used statistical models to try to tease apart the role of different factors influencing CPR. Such methods should be seen as giving indications, not establishing cause-and-effect, which is only attainable through some form of experiment.

Knowledge of contraception was quite widespread; it increased from 1990 (44% had knowledge) to 2003 (78%), though tended to decline in 2008 (68%). The CPR values were much lower: 6% in 1990, 12% 2003, and 15% in 2008. Knowledge of, and use of contraceptives among Muslims and followers of traditional religion were less than half as high as among Catholic and other Christians (5.6% of Muslims used contraceptives, compared to 19% of Catholics, in 2008). Traditional contraception was the most common method in all denominations across the survey years.

The statistical model, with other factors included or “controlled for”, indicated lower contraceptive use for followers of Islam and traditional religion. Moreover, northern Nigeria had lower CPR than the south, and rural areas had lower CPR than urban areas. Low education and high desire for children were linked to low CPR. In a recent newspaper article, a study by Ekholuenetale and coworkers was quoted for its findings on the influence of religion on contraceptive use; that the predominantly Islamic north had the lowest CPR while Catholics (mainly in the southeast) had the highest.

Osuafor & Mturi explain that the mainly Western funded FP program met resistance, and was called “a Western ploy to reduce Muslims”. It seemed likely that Islam is a negative factor for contraceptive use, independent of other factors. Whether this is true also for Christianity cannot be established without a non-religious reference group. Osuafor & Mturi stated that efforts to increase contraceptive use in Nigeria should target religious leaders, which may be hard in areas where Sharia law and violent Muslim groups (like Boko Haram) seek to eliminate Western influences.

In a second study of the 2013 DHS survey in Nigeria, Ousafor & Ayiga analyzed empowerment of women and education, concluding that education was an important factor for CPR. Of the respondents (representative sample of 16 000 women, aged 15-49), 48% were classified as having “high empowerment”, and 47% had some form of completed education. The proportion of women in rural areas was 66%. Only 6% of the women affiliated with Islam used modern contraceptives. Among Catholics the proportion was 21%, and slightly higher among “other Christians” (26%).

The influence of messages from religious leaders was examined in 2015. A study in Kaduna, Kwara, Oyo and FCTstates (map below) showed that the uptake of modern contraceptives was much larger (35%) among women with high exposure to family planning messages from religious leaders (Christians and Muslims), compared to those with medium (24%) or low exposure (14%). The conclusions from this valuable study seem to be robust. According to the Afrobarometer, across 34 African countries, only 46.8% of citizens trust their political leaders, while trust in community leaders, such as traditional (55.8%) and especially religious leaders (69.4%), is much higher (see 2021 Forum report, Mo Ibrahim Foundation).

The latest DHS from 2018, as earlier with much funding from the United States, comprised a representative sample of 41 800 women aged 15-49 (54% followers of Islam). The report is long (700 pp) and rich, but religiosity is neglected (try searching by “religio” in the pdf). Are the religions in Nigeria too controversial for detailed analysis?

In the report, the fertility rate 2015-2017 was 4.5 in urban, and 5.9 in rural areas, and 31% of the women reported that their husband had multiple wives. Moreover, with respect to “ideal family size”, men wanted 7.2 children, and women 6.1 children. The CPR for “any method” among married women was 17%, and for any modern method 12%, up only 2 percentage units from 2013. Remarkably, the CPR of modern method contraceptives by religion is not reported, but for 10 northern Muslim-dominated states, including the large Niger state, it varied from 2-7%; in southerly states, variation was larger (2-29%).

Unmet need for family planning (contraception) among women was studied by nine focus group discussions in Kaduna state, where women expected – not necessarily wanted – to have many children because (1) it is considered their religious duty; (2) men want large families; and (3) increased childbearing wins favor in the competition between wives.

In the northern states, the fertility rate in the DHS 2018 was generally very high (5.8-7.3) while in the southern ones it was lower (see Figure 1). This fertility map can be compared with the population density in Nigeria in 2018 (Figure 2, below).

Figure 1. Fertility in Nigeria by state, based on the Demographic and Health Survey 2018.
Figure 2. Population density in Nigeria, based on the Center for International Earth Science Information Network (CIESIN), Columbia University, 2018. Darker red is higher population density.

One study published in 2016 reported that between 1990 and 2013, the fertility of Christians decreased from 6.1 to 4.5, while that of Muslims increased from 6.4 to 6.8. The timing of this change coincides with the institutionalization of Sharia law in 12 northern states in 1999.

The authors projected the change in religious population composition in Nigeria from 2010 to 2060 based on fertility differences in the 2013 DHS, as well as population composition in the absence of fertility difference between religious groups (and also the UN medium scenario assumptions). Assuming constant present 2013 fertility differentials, the Muslim population would increase to a total of 65% of the population in 2060, while Christians would decrease to 32%. With absence of fertility difference, the Christians would only decline from 49.3 to 47.7%, and Muslims increase 1.6%. But if fertility falls more among Christians, and stagnates among Muslims, the latter may constitute 70-80% of the population in 2060.

The authors are careful in pointing out heterogeneity in fertility among Muslims in different states, and suggest that not Islam per se, but the practice of Sharia law in the northern states is a critical factor for high fertility. A broaderstudy from 2015 of 28 countries in SSA found that socioeconomic factors (e.g. education, wealth, gender equality) are not responsible for fertility-related differences between Muslim and non-Muslim women, though in some cases they tend to reduce the difference.

African researchers, like Osuafor & Mtiru and Adedini and coworkers, and in Kenya Abdi & coworkers, conclude that countering the negative notions of family planning requires active engagement of religious leaders, especially Muslim scholars where they are in positions of power at the community level. Melinda Gates, important for the FP2020 program (now FP2030), states in her book about empowering women (“The Moment of Lift” 2021, p. 79) that “Male allies are essential. It’s especially beneficial to have male allies who are religious leaders”. But this was apparently already realized in Nigeria in the 2004 national population policy, which asserted that traditional and religious leaders “are a gateway to social mobilization and community behavior change” (p. 25). In conclusion, much work remains to reduce the strong population growth in Nigeria.

This research is based on the following thesis: https://thesiscommons.org/sezdq/

natinal identity

Национальная идентичность британцев 

Интересная карта о том, как за несколько веков в одной стране с небольшим числом в целом очень близких друг другу народов не получается достигнуть "национального единства". 

В Англии большая часть жителей считает себя британцами (а не англичанами - напомним, это немного разные вещи). Но вот большинство жителей Шотландии - шотландцы, так же как и большинство жителей Уэльса - валлийцы! И только в Северной Ирландии считающих себя британцами и ирландцами примерно поровну, местами с преобладанием именно британцев. 

Интересная иллюстрация к вопросу "русский" или "россиянин"

ист

Tuesday, June 11, 2024

im per realism

Все земли, которые были под контролем какой-либо империи больше 300 лет


Империй в нашем мире было много и бывало, что им принадлежала очень и очень большая часть земного шара - но вот почти все эти империи жили очень недолго.

Всего 5 империй в истории смогли удержать одну и ту же землю на протяжении как минимум трёх веков (и оставаясь при этом той же империей под управлением того же рода!):

- Всё Средиземноморье и большая часть Западной Европы больше 300 лет находились под контролем величайшей в истории (как минимум, по этому показателю) Римской империи.
- Южная часть Средиземноморья больше 3 веков принадлежала Османской империи.
- Значимая часть нынешних Ирана и Ирака - империи Сасанидов.
- Большая часть нынешней европейской территории России (без южных регионов) больше 300 лет принадлежала Российской империи
- Относительно небольшой кусок прибрежного Китая - империи Хань

И всё! Империи обычно сколь велики (и по размерам, и по величию), столь же и недолговечны

Sunday, June 9, 2024

war

Оценка доли мужского населения 18–49 лет, участвующего в войне, 2024г, %


В целом по России — почти 2%.

Оценка основана на заявлениях Путина о численности воюющих россиян, численности мужского населения 18–49 лет (в этих возрастах, кроме офицеров, проходила мобилизация осенью 2022г) и оценке регионального распределения воюющих на данных Медиазоны о выявленных погибших с распределением по регионам.

В лидерах Восточная Сибирь, Дальний Восток и Европейский Север. В основном это регионы с самой низкой продолжительностью жизни мужчин (кроме Северной Осетии), где больше социального неблагополучия, а жизнь мужчин менее ценна для них самих и для местного общества.

Для сравнения:

в Украине, в зависимости от оценок численности воюющих и численности мобилизационного резерва, доля воюющих мужчин приблизительно от 7% до 9%.

То есть для мужчин Тывы и Бурятии эта война настолько же обременительна, как для мужчин Украины

Friday, June 7, 2024

sex work

Число секс-работников на 100 тысяч жителей в странах Европы


Очень странная статистика (вот тут длинный список источников, рекомендуем ознакомиться интересующимся), но забавная.

Мы оказались единственной страной Европы, где на 100 тысяч жителей приходится... Больше тысячи секс-работников! Звучит по меньшей мере очень странно, но, опять же, ссылка на источники есть. Правда источники местами тоже не очень внушают доверие.

На втором месте Люксембург, следом идут Молдова, Швейцария(!), Украина и Беларусь.

Меньше всего занятых в секс-индустрии в Швеции, Польше и Румынии.

И если что: сюда входят не только представительницы древнейшей профессии, но и "актрисы" соответствующих жанров, вебкам и прочее-прочее

Thursday, May 30, 2024

sex ratio

Соотношение мужчин и женщин в разных странах мира


В целом по миру, мужчин на нашей планете живет больше, чем женщин, но соотношение это очень зависит от страны.

В России (и в целом в пост-советских странах) женщин, напротив, гораздо больше: на 100 женщин в России приходится всего 87 мужчин, в Армении и того меньше - 82! Примерно такие же соотношения в Украина, Беларуси и странах Балтии. За пределами СНГ меньше 90 мужчин на 100 женщин приходится только в двух странах: Португалии и Зимбабве...

Самый экстремальный перекос мужчин наблюдается в нефтяных монархиях Залива: 266 мужчин на 100 женщин в Катаре, 228 - в ОАЭ. Правда, большая часть этих мужчин - мигранты, обеспечивающие прекрасную жизнь местного населения.

В странах Азии (почти всюду, включая Индию и Китай) есть небольшой, но заметный перекос в сторону мужчин, и обусловлен скорее культурными особенностями. В странах Запада и Латинской Америке женщин, напротив, обычно чуть больше, чем мужчин

Thursday, May 23, 2024

life expectancy

Продолжительность жизни в Германии оказалась самой низкой в Западной Европе


Такие данные опубликовал Евростат. По его подсчётам, средняя продолжительность жизни в ФРГ — 81,2 года. Это меньше, чем во всех других странах Западной Европы и Скандинавии. Ещё ниже этот показатель только у стран бывшего соцлагеря. По данным немецких властей, сейчас Германия отстаёт по уровню жизни от среднего показателя Западной Европы на 1,7 года. Четверть века назад этот разрыв составлял 0,7 года.

По словам врачей, основная причина более ранней смертности в Германии — сердечно-сосудистые заболевания. Их вызывает высокий уровень курения и потребления алкоголя в стране, а также недостаточно здоровое питание.

Friday, April 12, 2024

tea

Среднее потребление чая в странах Азии


Довольно неожиданная, как нам кажется, карта. В обыденном восприятии кажется, что больше всего чая пьют где-то на родине чая: в Китае, Японии, Индии или как-то так. Но нет!

Больше всего чая в странах Азии пьют в Турции: больше 3 кг в год на человека! Чуть меньше 2 кг на человека в год потребляет Иран, а на третьем месте мы: средний россиянин за год потребляет 1.38 кг чая! (речь, понятное дело, о заварке, а не о напитке)

А вот в Японии потребление чуть меньше килограмма на человека в год, в Китае оно не дотягивает и до полкило, в Индии - всего 330 грамм!

Thursday, April 11, 2024

second laguage

Второй по популярности иностранный язык в школах в странах ЕС


Сразу надо сказать, что данные за 2021 год - и популярность русского в странах Балтии (где ещё три года назад он занимал второе место после английского!), очень вероятно, снизилась...

В остальном же - в странах Восточной Европы на втором месте чаще всего стоит немецкий, у соседей Франции - французский, сами французы (а ещё британцы и многие скандинавы) на второе место ставят испанский.

Tuesday, April 9, 2024

partnership

Германия вошла в десятку стран с наименьшим числом сексуальных партнёров. Россия в середине списка


Такую статистику опубликовала НКО World Population Foundation из Нидерландов. Самыми любвеобильными признаны граждане Турции. За жизнь у них бывает в среднем 14,5 сексуальных партнёров. В ТОП-5 также вошли Австралия (13,3), Новая Зеландия (13,2), Исландия (13,0) и ЮАР (12,5). Россия в середине списка с показателем 9,0. Исследователи отмечают, что это среднее значение и по планете.

Германия оказалась на дне таблицы с результатом 5,8. Ещё меньше сексуальных партнёров в семи странах, в числе которых Вьетнам (3,2) и Китай (3,1). На последней строчке Индия (3,0). Эксперты объясняют это строгими правилами брака в индийской культуре. Всего World Population Foundation изучила 46 государств.

@BILD_Russia

Monday, April 8, 2024

depression

Доля населения с диагностированной депрессией в разных странах мира


Больше всего страдающих депрессией оказалось в Украине (6.3%, и понятно почему), США, Австралии и Эстонии (по 5.9%).

Самые низкие уровни диагностики депрессии (вероятно, не столько из-за отсутствия депрессии, сколько из-за отсутствия диагностики), порядка 3%, зафиксированы в небольших островных государствах в Тихом океане. Хотяяяяяя... Может, там и правда всё хорошо и все всем довольны?

Наши 5.5% - это тоже очень немало, 11 место в общем списке стран, больше, чем в большинстве стран Европы (где с диагностикой всё явно лучше, чем у нас)▫️ Доля населения с диагностированной депрессией в разных странах мира

Больше всего страдающих депрессией оказалось в Украине (6.3%, и понятно почему), США, Австралии и Эстонии (по 5.9%).

Самые низкие уровни диагностики депрессии (вероятно, не столько из-за отсутствия депрессии, сколько из-за отсутствия диагностики), порядка 3%, зафиксированы в небольших островных государствах в Тихом океане. Хотяяяяяя... Может, там и правда всё хорошо и все всем довольны?

Наши 5.5% - это тоже очень немало, 11 место в общем списке стран, больше, чем в большинстве стран Европы (где с диагностикой всё явно лучше, чем у нас)